+7 (831) 262-10-70

+7 (831) 280-82-09

+7 (831) 280-82-93

+7 (495) 545-46-62

НИЖНИЙ НОВГОРОД, УЛ. Б. ПОКРОВСКАЯ, 42Б

ПН–ПТ 09:00–18:00

Белорусско-английская межъязыковая фразеологическая эквивалентность в теоретическом и прикладном аспектах

Белорусско-английская межъязыковая фразеологическая эквивалентность в теоретическом и прикладном аспектах

Автор: Артемова Ольга Александровна, к.ф.н., доцент, Белорусский государственный университет, г. Минск

Статья подготовлена для публикации в сборнике «Актуальные вопросы переводоведения и практики перевода».

Рассмотрение концепций современных ученых (Ж.П. Вине и Ж. Дарбильне [12], Дж. Кэтфорд [10], Ю. Найда [11], М. Бейкер [9] и др.) по проблеме межъязыковой эквивалентности показал разнообразие ее определений. Мы разделяем подход к фразеологизму как микротекст. При подобной трактовке эквивалентность предусматривает не только максимально возможную близость разноязычных текстов, но и трансляцию информации на уровне равноценных по форме словесных символов: передача фразеологизма исходного языка фразеологизмом на язык сопоставления [6].

При установлении типов межъязыковых отношений белорусских и английских пространственных фразеологизмов к основным критериям эквивалентности относятся семантические, структурные, грамматические, функционально-стилевые характеристики, состав лексем-компонентов и фразеологический образ. В соответствии с этим определена степень коррелятивности белорусских и английских ФЕ: полные фразеологические эквиваленты, фразеологические эквиваленты с образной национальной спецификой, безэквивалентные фразеологизмы.

Полная эквивалентность белорусских и английских ФЕ с пространственной семантикой определяется максимальной изоморфностью сем, лексико-грамматической структуры, функционально-стилистической отнесенности, а также совпадением фразеологических образов:  например, плячом к плячу и shoulder to shoulder с семантикой «близко». Среди белорусских и английских ФЕ были выявлены 284 (48,3%) белорусско-английские полные фразеологические параллели. Подобный изоморфизм обусловлен наличием в компонентном составе этих фразеологизмов лексем-соматизмов (рука аб руку, hand in hand), дейктических местоимений (тут i там, here and there), заимствованием или калькированием ФЕ в результате культурно-исторического взаимодействия этносов (Аўгiевы стайнi [СФ 2, с. 448] , Аugean stables [OALD]), одинаковым переосмыслением исходных словосочетаний-прототипов как свободных словосочетаний. Например, белорусская ФЕ пайсцi з ветрам и ее англоязычное соответствие gone with the wind (буквально «ушел с ветром») образовались от одного словосочетания-прототипа, основанного на способности ветра перемещать предметы с одного места на другое, которое в процессе переосмысления получила новое значение ‘бесследно исчезать, пропадать’.

Фразеологические эквиваленты с образной национальной спецификой имеют одинаковое значение, но разные образные составляющие: з усiх бакоў [СФ 1] и from all quarters [DAIPV] обладают общей семантикой «из разных мест, сторон». В белорусском фразеологизме образом выступает перемещение из четырех сторон света. В английской ФЕ фразеологический образ – перемещение из районов города quarters «части города, где живут и работают люди определенной национальности или социального статуса». Всего были установлены 272 фразеологических эквивалента с образной национальной спецификой (46,3%).

Безэквивалентные фразеологизмы – белорусские ФЕ, которые не имеют англоязычных фразеологических соответствий. В ходе исследования выявлены 32 (5,4%) белорусских безэквивалентных фразеологизма. Факторами их существования выступают: наличие в ФЕ лексем-реалий жизни белорусского народа (пад гаршчок падстрыгаць [СФ 1, с. 298]), где гаршчок «глиняный сосуд для приготовления горячего блюда»); использование в механизме фраземообразования средств выразительности (хадзiць ходырам [СФ 2, с. 593], где присутствует аллитерация звуков [х] [д] и [дз'']); применение стилистических приемов для иронического или юмористического эффекта (сабакам сена касiць [СФ 1, с. 564]); обыгрыванием собственных имен (як Марка по пекле хадзiць [СФ 2, с. 21]). Приемами передачи значения безэквивалентной ФЕ являются полное или частичное фразеологическое калькирование, выборочный, трансформационный, контекстный, комбинированный, лексический и дескриптивные способы перевода. Основными средствами передачи семантики белорусских безэквивалентных ФЕ на английский язык выступают лексический (93,7%) и дескриптивный (6,3%) типы. Так значение ФЕ Бог семярым нёс да аднаму дастаўся можно передать на английский язык сложным словом big-nosed или лексемой snouty, а значение ФЕ пайсцi на сяло – при помощи дескриптивного перевода to go from one house to another without purpose for marking time «отправится ходить без всякой нужды из одного дома в другой, чтобы быстрее и незаметно шло время».

В процессе исследования установлена корреляция между типом фразеологической эквивалентности и формой проявления национальной специфики в виде следующих показателей:

1) индекс межъязыковой фразеологической эквивалентности – отношение количества белорусских ФЕ с полными английскими фразеологическими эквивалентами к общему количеству белорусских ФЕ определенной фразеосемантической подгруппы. Сопоставление выделенных нами индексов фразеологической эквивалентности для 29 фразеосемантических подгрупп показало, что самые высокие показатели индекса межъязыковой фразеологической эквивалентности (> 0,7) имеют подгруппы откуда / куда (0,85), близко (0,74), нахождение в различных местах (0,79), протяженность (0,83) и ограниченность (0,75). Это позволяет трактовать их как универсальные пространственные характеристики, которые получают идентичную манифестацию в белорусской и английской фразеосистемах;

2) индекс образной национальной специфики – отношение количества белорусских ФЕ с образной национальной спецификой к общему количеству белорусских ФЕ определенной фразеосемантической подгруппы. Высокие показатели индекса образной национальной специфики (>0,7) белорусских фразеологизмов в сопоставлении с английскими обнаружены в подгруппах с кинетической (средство перемещения – 0,92), ориентационной (далеко – 0,74) и метрической семантикой (маленький – 0,92, короткий – 1, неглубокий – 1). ФЕ этих подгрупп манифестируют несовпадение ассоциативно-образных ментальных процессов при восприятии и репрезентации идентичных пространственных характеристик носителями белорусского и английского языков;

3) индекс безэквивалентности – отношения количества безэквивалентных белорусских ФЕ к общему количеству белорусских ФЕ определенной фразеосемантической подгруппы. Низкие показатели индекса безэквивалентности имеют 16 белорусских фразеосемантических подгрупп на фоне английских, демонстрируют однонаправленность путей переосмысления исходных словосочетаний носителями белорусского и английского языков.

Интегральный уровень фразеологической эквивалентности белорусского ФСПП в сопоставлении с английским ФСПП – обобщенный индекс белорусско-английской межъязыковой фразеологической эквивалентности – определялся как отношение совокупности белорусских ФЕ, которые имеют полные фразеологические английские аналоги всех 29 фразеосемантических подгрупп, в отношение общего числа ФЕ белорусского ФСПП. Он составляет 0,48 и свидетельствует о значительной степени совпадения репрезентации пространственных представлений в белорусской и английской фразеосистемах, что можно трактовать общими индоевропейскими корнями двух языков, принадлежностью этих этносов к европейскому христианскому лингвокультурному ареалу.

Интегральный уровень национальной специфики – обобщенный индекс белорусской национальной специфики фразеологической семантики – определялся как отношение совокупности белорусских безэквивалентных ФЕ и ФЕ с образной национальной спецификой в отношении общего числа единиц белорусского ФСПП. Он составляет 0,52 и детерминируется интра-(генетическая, структурная разнотипность белорусского и английского языков) и экстралингвистическими факторами (культурно-исторические, географические условия проживания носителей исследуемых языков).

Практическим выходом выявленной в ходе исследования тематической сегментации белорусского и английского ФСПП и установленных белорусско-английских межъязыковых фразеологических параллелей появился «Белорусско-английский идеографический словарь фразеологизмов с пространственной семантикой». На основе анализа работ по теоретической и практической лексикографии и фразеографии [1; 2; 3; 4; 5; 7; 8] была разработана его макро- и микроструктура. Микроструктура словаря манифестирует иерархичность категории пространства и состоит из таксона пространство как общего семантического критерия и 29 подтаксонов для белорусских и английских ФЕ. Каждый подтаксон имеет свою продуктивность как количество представленных в нем единиц. Компаративный анализ продуктивности 29 подтаксонов показал репрезентацию в белорусской и английской фразеосистемах максимальной («быстро», «далеко», «большой») и минимальной («близко», «маленький») степени проявления пространственных характеристик, тенденции к положительному («хорошее, родное, известное место») или отрицательному («плохое, чужое, неизвестное место») полюсам.

Микроструктура фразеологического справочника – это словарная статья, состоящая из следующих разделов: заглавная белорусская ФЕ с показом места ударения в лексемах-компонентах; ее грамматическая, структурная и функционально-стилистическая характеристика; объяснение значения на белорусском языке; парадигматические отношения; структурно-грамматическая характеристика и толкования на английском языке; ближайший английский эквивалент в семантическом, образном, лексико-грамматическом и функционально-стилистическом аспектах; иллюстративные примеры употребления белорусского фразеологизма и его англоязычного эквивалента с переводом на белорусский язык:

ТВАР / ТВА́РАМ У ТВАР [ФСМТЯК, с. 560; СФ 2, с. 512]

Акал. Разм. Вельмі блізка адзін да другога (сутыкацца, сустракацца, стаяць, сядзець і пад.)

Сін.: вочы ў вочы; грудзі ў грудзі; лоб у лоб; носам у нос; нос у нос.

coll [NP; adv; fiхed WO] (to see, meet, etc s.o. or sth.) right by, close up:

= face to face [CDEI, с. 63; ODСIЕ 2, с. 173; LDCE, c. 489]

Сотнікаў з натугай павярнуў галаву і апынуўся тварам у твар з канваірам. (В. Быкаў)

Then she turned away and came face to face with Emelda Linley. (Р. Kearney)

‘Потым яна адвярнулася і сутыкнулася тварам у тварз Эмельдай Лайнлі’.

Подобная структура словарной статьи, на наш взгляд, соответствует требованиям времени и делает словарь пригодным для широкого круга пользователей. Его могут применять не только носители белорусского и английского языков в качестве справочника для перевода, но и ученые, которые исследуют белорусскую фразеосистему в сравнительно-сопоставительном аспекте с фразеосистемами других языков.

 

ИСТОЧНИКИ ПРИМЕРОВ С ПРИНЯТЫМИ СОКРАЩЕНИЯМИ

1. СФ 1 – Лепешаў, I.Я. Слоўнiк фразеалагiзмаў: у 2 т. Т. 1. А – Л. Мінск: БелЭн, 2008. – 672 с.

2. СФ 2 – Лепешаў, I.Я. Слоўнiк фразеалагiзмаў: у 2 т. Т. 2. М – Я. Мінск: БелЭн, 2008. – 704 с.

3. DAIPV – Spears, R. McGraw-Hill Dictionary of American Idioms and Phrasal Verbs [Electronic resourсe] / R. Spears. – 2011. – Mode of access: http://www.idioms.thefreedictionary.com. – Date of access: 03.03.2010.

4. OALD – Oxford Advanced Learner’s Dictionary [Electronic resourсe]. – Electronic text data and program (10 Mb). – Oxford: Oxford univ. press, 2000. – 1 electronic optical disk (CD-ROM).

 

СПИСОК ЛИТЕРАТУРЫ

1. Аюпова, Р.А. Фразеографическое описание татарского, русского и английского языков: автореф. дис. … д-ра филол. наук: 10.02.02 / Р.А. Аюпова; Казан. федер. ун-т. Казань, 2010. – 44 с.

2. Бабенко, Л.Г. Синопсис идеографического описания русской лексики кaк форма репрезентации категоризации мира // Горизонты современной лингвистики: традиции и новаторство: сб. в честь Е.С. Кубряковой / редкол.: В.А. Виноградов [и др.]. М., 2009. – С. 592 – 613.

3. Бабкин, А.М. Идиоматика и грамматика в словаре // Современная русская лексикография, 1980 / Акад. наук СССР, Ин-т рус. яз. ; ред.: А.М. Бабкин (отв. ред.), В.Н. Сергеев. Л., 1981. – С. 5–43.

4. Баранов, А.Н. Словарь-тезаурус современной русской идиоматики. М.: Аванта+, 2007. 1135 с.

5. Влахов, С.К. К составлению идеографического переводного словаря русской фразеологии: на материале русской и болгарской идиоматики // Фразеологизм и его лексикографическая разработка: материалы IV Междунар. симп. в рамках заседания Междунар. комис. по проблемам славян. фразеологии при Междунар. ком. славистов / Совет. ком. славистов; ред.-сост. А.С. Аксамитов. Минск, 1987. – С. 20–23.

6. Исмагилова, Л.А. Безэквивалентная глагольная лексика русского и немецкого языков: автореф. дис. … канд. филол. наук: 10.02.20 / Л.А. Исмагилова; Калинин. гос. ун-т. Калинин, 1984. – 15 с.

7. Квеселевич, Д.И. Основные проблемы лексикографической разработки фразеологии в русско-английском фразеологическом словаре: автореф. дис. … канд. филол. наук: 10.02.20 / Д.И. Квеселевич; Акад. наук УССР, Ин-т языкознания. Киев, 1975. – 25 с.

8. Фёдоров, А.И. Лексикографическая характеристика фразеологизмов и идиом, помещенных в словаре // Фразеологический словарь русского литературного языка: в 2 т. / сост. А.И. Фёдоров. Новосибирск: Наука, 1995. Т. 1. С. 6 –13.

9. Baker, М. In Other Words: a Coursebook in Translation. London: Routledge, 1992. – 300 p.

10. Catford, J.C. A Linguistic Theory of Translation: an Essay on Applied Linguistics. London: Oxford Univ. Press, 1965. – 103 p.

11. Nida, E.A. The Theory and Practice of Translation / E.A. Nida, C.R. Tiber. Leiden; Boston: Brill, 2003. – 218 p.

12. Vinay, J -P. Comparative Stylistics of French and English: a Methodology for Translation. Amsterdam; Philadelphia: J. Benjamins Pub. Co., 1995. – 358 p.