+7 (831) 262-10-70

+7 (831) 280-82-09

+7 (831) 280-82-93

+7 (495) 545-46-62

НИЖНИЙ НОВГОРОД, УЛ. Б. ПОКРОВСКАЯ, 42Б

ПН–ПТ 09:00–18:00

Природа семантической эквивалентности оригинала и перевода

Природа семантической эквивалентности оригинала и перевода

Автор: Новосёлова Юлианна Александровна, заместитель директора Института филологического образования и межкультурных коммуникаций ФГБОУ ВПО «Башкирский государственный педагогический университет им. М. Акмуллы», г. Уфа, Республика Башкортостан

Статья подготовлена для публикации в сборнике «Актуальные вопросы переводоведения и практики перевода».

Сущность эквивалентных отношений между оригиналом и переводом лежит в основе семантической теории перевода и подразумевает идентичность либо достаточно близкое подобие всех или некоторых смысловых элементов, составляющих содержание этих текстов. Возникает необходимость выделения смысловых элементов в оригинале, выбора и сопоставления единиц переводного языка, в максимальной степени выражающих те же элементы смысла в переводе [1, с. 164]. Если рассматривать значение любой единицы языка в качестве набора (пучка) более элементарных смыслов, семантических множителей или сем, то отбор последних будет производиться путем определения дифференциального признака, в соответствии с которым содержание данной единицы противопоставляется близкой по значению другой единице данного языка. Так, значение французского слова «une fille» будет характеризоваться следующим набором элементарных смыслов: 1) лицо женского пола (артикль une противопоставлен с артиклем мужского рода un); 2) одно лицо (артикль un(e) также имеет значение «один», в данном случае «одна»); 3) чья-либо дочь, сестра, подружка; 4) ученица младших классов и т.д. При употреблении слова «une fille», будут воспроизводиться именно эти признаки. В то же время признаки другого плана, действительно имеющиеся у любой девочки, например, возраст, рост, цвет глаз, волос, – остаются неосуществленными (нерелевантными) [3, с. 44] и не отражаются в значении слова «une fille».

Отметим, что каждый язык по-своему избирает элементы окружающей действительности, информация о которых зафиксирована в содержании отдельных единицах языка и воспроизводится при их употреблении [4, с. 110]. Для каждого языка существуют свои лингвистически релевантные элементы ситуации. Так английский язык не закрепляет за словом «student» сему «мужской пол», тогда как русский («студент») и французский («un étudiant») языки предполагают лицо мужского пола. Элементарные смыслы, закрепленные в значении языковой единицы, воспроизводятся при употреблении данной единицы в речи, независимо от намерения говорящего. По-русски невозможно упомянуть о «ребёнке» или «студенте», не указав его пола, хотя бы для данного акта коммуникации подобное упоминание было бы совершенно ненужным. В то же время в английском языке такой вынужденности не существует, так как значение английского «student» не включает смыслоразличительного признака «пол». Во французском языке «un enfant» может обозначать и девочку, и мальчика. Итак, мы видим, что кроме лингвистической, существует и коммуникативная релевантность. Часть лингвистически релевантной информации, закрепленной в значении единицы языка, может оказаться коммуникативно нерелевантной в том или ином акте общения. Следует сделать вывод о том, что в языке оригинала и в языке перевода существует некая общность в содержании сем. Но речь идет не об общности в совокупности сем, закрепленных за какими-либо единицами разных языков (она принципиально невозможна вследствие языковой избирательности), а лишь только между отдельным элементарными смыслами. Наличие общих сем в языке оригинала и перевода и является основной предпосылкой развития семантической теории перевода; задача же переводчика – в воспроизведении в переводе именно тех элементарных смыслов, которые коммуникативно релевантны в оригинале [3; с. 44]. Утрата всех прочих сем, содержащихся в значении переводимых единиц, считается несущественной. Например, в каком-нибудь тексте ситуация, описанная во французском языке предложением: «J’ai acheté» должна быть передана на русский язык предложением: «Я купила». Содержание оригинала и перевода при этом будут соотноситься следующим образом:

 

J’ai acheté

Moi,j’

«Une personne qui parle»

 

Я купила

Я

 

 

 

 

ai acheté

 

 

le féminin

не «купил»

 

 

 

  

 

 ←купила

pas «ai vendu»

L’acquisition de qch, la prise de qch

не «продала»

pas «ai pris»

Au magasin ou quelque part, pour quelque argent

не «взяла»

pas «achète»

L’action n’est pas au present 

не «покупаю»

pas «achetais»

L’action est finie; au temps passé avec le résultat de l’accomplissement

d’action

не «покупала»

pas «avais acheté»

L’action n’est pas au plus-que parfait

 

pas «ais acheté»

Ce n’est pas la supposition irréelle

 

Как показано в таблице, из общего числа семи элементарных смыслов, содержащихся в обоих предложениях, во французском имеется шесть, а в русском – пять значений, причем только четыре из них общие. Из этого следует, что этих четырех элементов оказывается достаточно, чтобы обеспечить эквивалентность перевода. Три несовпадающих элементарных смысла оригинала и перевода являются коммуникативно нерелевантными [3; с. 46].

Таким образом, чем большее количество элементарных смыслов будет совпадать у соотносительных единиц оригинала и перевода, тем большей будет степень эквивалентности этих единиц. Переводчику же необходимо определить оптимальный набор единиц переводного языка, в котором содержалось бы максимальное число элементарных смыслов, имеющихся в оригинале, т.е. у любой пары языков имеется некий общий набор элементарных смыслов, составляющих, по выражению В.Н. Комиссарова [3; с. 46], их «общую глубинную структуру – глубинный синтаксис и глубинный словарь». 

 

СПИСОК ЛИТЕРАТУРЫ

1. Вине, Ж.-П., Дарбельне, Ж. Технические способы перевода (Вопросы теории и практики перевода в зарубежной лингвистике) – М., 1978. – С. 157 – 167.

2. Комиссаров, В.Н.  Современное переводоведение.  М., ЭТС, 2004. – С. 43 – 46.

3. Комиссаров, В.Н. Слово о переводе. – М., ЭТС, 2004.

4. Фёдоров, А.В.  Основы общей теории перевода, - М., 2002. – с. 110 – 114.