+7 (831) 262-10-70

+7 (831) 280-82-09

+7 (831) 280-82-93

+7 (495) 545-46-62

НИЖНИЙ НОВГОРОД, УЛ. Б. ПОКРОВСКАЯ, 42Б

ПН–ПТ 09:00–18:00

Оценка качества перевода этнографических реалий романа Л.Н.Толстого «Война и мир» на английский язык

 

Рявкина Маргарита Владимировна - магистрант, Челябинский государственный университет, г. Челябинск, Россия

Статья подготовлена для публикации в сборнике «Актуальные вопросы переводоведения и практики перевода».

Междисциплинарный подход в современных научных исследованиях, посвященных изучению разных аспектов перевода, во многом проявляется и в использовании методов полевой лингвистики. Анкетирование, которое противопоставляется «кабинетному» изучению материала, является ключевым помощником в получении объективной информации о языковых процессах в неродном для исследователя языке. Именно оно позволило в полной мере проанализировать объект нашего исследования — этнографические реалии, встречающиеся в романе Л.Н. Толстого «Война и мир». К данному классу лексических единиц мы, вслед за С. Влаховым и С. Флориным, относим «лексику, принадлежащую науке о быте и культуре народов, форме материальной культуры, обычаях, религии, духовной культуре, в том числе искусстве и фольклоре»[2, с.53]. Основной целью нашего исследования стало изучение влияния переводческих решений на восприятие иноязычным реципиентом всего текста произведения, возможного, в том числе, благодаря анализу приемов перевода этнографических реалий, применявшихся в английской версии романа.

Материалом для нашего исследования послужили роман-эпопея Л.Н. Толстого «Война и мир» и его англоязычный перевод, выполненный Луизой и Эйлмером Мод (Louise and Aylmer Maude). По мнению литературных критиков, эту интерпретацию романа, опубликованную в 1923 году, можно назвать полным вариантом произведения, который верно и точно отражает действительность того времени. Во многом это стало возможным благодаря тому, что авторы перевода были современниками Л.Н. Толстого, и, более того, живя долгое время в России, они были знакомы с ним лично. Данный вариант произведения является на сегодняшний день официальным, именно он наиболее часто представлен на полках магазинов в англоязычных странах[10, с.426]. Все вышеназванные критерии стали для нас определяющими при выборе английской интерпретации романа.

Из произведения нами было отобрано 183 этнографические реалии, отражающие российскую действительность XIX века. Далее, руководствуясь предметным принципом классификации данных лексических единиц, предложенным С. Влаховым и С. Флориным, а также Г.Д. Томахиным[2, с. 53‑56; 6, с. 46‑48], мы систематизировали реалии оригинального произведения по подклассам и установили частотность каждого из них: 1) быт (35% от общего числа примеров); 2) искусство и культура (26%); 3) труд (19%); 4) этнические объекты (13%); 5) меры и деньги (7%). Таким образом, все 5 групп этнографических реалий неравномерно представлены в романе «Война и мир». Доминирование подкласса «быт», оправдывается вероятно, тем, что он позволяет выполнить такие важные функции в произведении, как изобразить уклад жизни главных персонажей, а также воссоздать их внутренний и внешний мир. Подкласс «меры и деньги» не может похвастаться такой же частотностью, что, на наш взгляд, обусловлено тем, что он служит лишь для создания у читателя представления о количестве описываемого объекта или явления. Такие результаты нам кажутся вполне логичными, поскольку они соответствуют основному замыслу Л.Н. Толстого - «я писал историю народа, историю событий, а не историю прекрасных чувств и слов разных генералов»[4, с.103].

На следующем этапе нашей работы мы выполнили сравнительный анализ перевода этнографических реалий на английский язык. Каждый пример был нами проанализирован с точки зрения удачности либо неудачности использования приема перевода. При этом к удачным решениям мы относили те случаи, когда при переводе адекватно передавалась интенция автора текста. Это позволило нам выдвинуть предположения о том, как неадекватная/ необоснованная передача реалии на другие языки либо ее опущение могут привести к искажению образов главных героев, облика России XIX века, интенции автора, а также авторского стиля. И, наоборот, каким образом удачный перевод данной лексической единицы обогащает иноязычный текст, а также приближает его к оригиналу, расширяя, таким образом, знания реципиента перевода. Однако для получения объективных данных о качестве перевода этнографических реалий, а также ответа на главный вопрос нашего исследования — каким образом переводческие решения Эйлмера и Луизы Мод повлияли на восприятие иноязычными реципиентами всего текста произведения — мы посчитали необходимым обратиться к анкетированию англоязычных читателей романа «Война и мир».

Ключевым этапом в разработке анкеты нашего исследования стал отбор информантов. Изначально мы определились с необходимым количеством респондентов, а также разработали критерии, которые позволили отобрать среди всего количества людей только тех, чьи ответы на вопросы помогли нам достичь поставленной цели. В связи с тем, что генеральная совокупность для нашего анкетирования (среднестатистический читатель романа «Война и мир», для которого родным языком является английский) полностью обозрима лишь в теории, мы прибегали к выборочной совокупности. Причем мы остановили свой выбор на методе снежного кома (у каждого респондента просятся контакты друзей/знакомых/коллег/родственников, которые подходят под условия отбора и готовы принять участие в опросе), являющимся одним из основных типов целевой выборки. В итоге в нашем опросе приняли участие 30 испытуемых из Великобритании, США, Канады и Австралии.

Основополагающими критериями для поиска респондентов стали следующие: 1) английский является родным для испытуемого языком; 2) информант читал (хотя бы частично) роман Л.Н. Толстого «Война и мир» на родном и/или русском языке. Также положительным образом на отбор того или иного респондента сказывалось владение русским языком или его изучение, поскольку в анкете приводятся этнографические реалии как в иноязычном, так и в русскоязычном контексте, что способствовало получению наиболее точных и объективных ответов.

В процессе составления анкеты мы придерживались следующей структуры: 1) введение, побуждающее респондента дать ответы на вопросы исследования; 2) «паспортичка» (сведения о демографических данных опрашиваемого); 3) основная часть, состоящая из перечня вопросов; 4) заключительная часть, служащая для выражения благодарности информанту[1, с.205]. Наиболее значимыми разделами анкеты для нашего исследования являются «паспортичка» и основная часть, на которых мы хотим остановиться подробней.

Обратимся к результатам, полученным благодаря «паспортичке». Так, в нашем анкетировании приняли участие 22 мужчины (73% от общего количества) и 8 женщин (27%) из США (17 человек, 56%), Великобритании (8 человек, 27%), Канады (3 человека, 10%) и Австралии (2 человека, 7%). Средний возраст респондентов составил 33 года: самому юному участнику опроса 15 лет, самому зрелому - 77. В возрастной структуре значительная доля приходилась на информантов в возрасте от 20 до 30 лет (34%). 36% из опрошенных имеют степень бакалавра, 16% - степень магистра, 16% - кандидаты наук, 12% - закончили колледж, 12% - получили среднее (полное) общее образование, 8% - учатся в школе. Нами были опрошены люди из самых разных сфер деятельности: инженеры, архитекторы, библиотекари, ИТ-специалисты, экономисты, учителя, менеджеры, администраторы гостиниц, ученые, финансисты, переводчики (2 человека), студенты, пенсионеры и т.д.

Трем вопросам-фильтрам «паспортички» мы уделяли особое внимание, поскольку ответы на них в значительной степени сказываются на уровне подготовленности респондентов к оценке качества перевода этнографических реалий. Так, среди опрошенных 32% владеют русским языком на уровне «intermediate» (основной средний), 16% - «upper intermediate» (завершающий средний), 16% - «advanced» (продвинутый), 16% - «elementary» (базовый), 12% - «beginner» (начальный), 4% - «proficient» (профессиональный), 4% не владеет русским языком. 64% респондентов читали роман-эпопею Л.Н. Толстого «Война и мир» частично, 24% - читали несколько раз, 12% - читали один раз. Отвечая на вопрос, «На каком языке Вы читали роман?», 83% информантов выбрали вариант «на английском», 17% - «на английском и русском», 0% - «на русском». Таким образом, благодаря данному блоку анкеты нам удалось установить, что 30 отобранных нами информантов отвечают главным критериям нашего исследования, а также по социально-демографическим показателям представляют собой разнородную группу, положительно сказывающуюся на репрезентативности выборки.

Основная часть анкеты состоит из двух блоков. Первый касается конкретных примеров перевода этнографических реалий, взятых из романа Л.Н. Толстого «Война и мир», а также его английской версии. Он включает в себя 12 вопросов, каждый из которых имеет следующую структуру: этнографическая реалия в двуязычном контексте, значение реалии (в некоторых примерах присутствует изображение для более наглядного объяснения значения лексической единицы), варианты ответов с возможностью для реципиента дать свой, пустое поле для объяснения сделанного выбора, а также три уточняющих вопроса, касающихся точки зрения реципиента о переводе приведенной реалии («Считаете ли Вы необходимым в данном примере точно передать при переводе значение реалии?», «Считаете ли Вы необходимым в данном примере сохранить культурный колорит реалии?», «Считаете ли Вы необходимым в данном примере сохранить исторический колорит реалии?»). Второй блок основной части, состоящий из шести вопросов, посвящен мнению респондента обо всей английской версии романа.

В качестве примера можно привести анализ перевода некоторых отобранных для анкетирования этнографических реалий.

«Хотя не было никакой причины к особенной радости ни для немца, вычищавшего свой коровник, ни для Ростова, ездившего со взводом за сеном, оба человека эти с счастливым восторгом и братскою любовью посмотрели друг на друга, потрясли головами в знак взаимной любви и улыбаясь разошлись — немец в коровник, а Ростов в избу, которую занимал с Денисовым»[5, с.71]. «Though neither the German cleaning his cowshed nor Rostov back with his platoon from foraging for hay had any reason for rejoicing, they looked at each other with joyful delight and brotherly love, wagged their heads in token of their mutual affection, and parted smiling, the German returning to his cowshed and Rostov going to the cottage he occupied with Denisov»[9, с.147].

В данном случае реалией является слово изба (этнографическая реалия подкласса «быт») - «деревянный крестьянский дом в деревне»[7]. Для нее был подобран функциональный аналог cottage - «a small house, typically one in the country»[8]. В результате мы видим, что в переводе исчезли две смысловые составляющие: первая — изба в основном строится из древесных материалов, а вторая — в ней живут преимущественно крестьяне. Более того, в английском варианте романа пропал исторический и национальный колорит, который несла в себе данная лексическая единица. Нам кажется, наиболее удачным выходом из сложившейся ситуации является использование функционального аналога log cabin - «a small simple house made of logs in the countryside or in the mountains»[8]. Данное строение имеет много схожих черт с русской избой: оно строится из бревен, расположено в сельской местности, а также в нем проживали бедные слои общества. Более того, предложенный нами вариант несет в себе оттенок историчности, поскольку log cabins были особенно распространены в Европе и Америке в начале XVI века. При помощи параллельных корпусов английского и русского языков нами было установлено, что в русских литературных произведениях конца XVIII – нач. XIX вв. реалия «изба» зачастую переводилась посредствам функционального аналога log cabin. Так, например, англичанин Уильям Смит (William E. Smith), специализирующийся на переводах рассказов и романов Л.Н. Толстого, при передаче романа «Воскресение», а также повести «Мать» использовал предложенный нами функциональный аналог. Другой английский переводчик Констанс Гарнетт (Constance Garnett) при переводе произведений А.П. Чехова «Мужики» и «Попрыгунья» выбрала тот же выход в подобной ситуации[3]. Однако, хотя в нашем варианте передачи этнографической реалии «изба» на английский язык сохраняется ее денотативное значение и оттенок историчности, полностью исчезает национальный колорит. Следует отметить, что указанным выше способом нами были проанализированы 183 выявленные этнографические реалии романа Л.Н. Толстого «Война и мир».

На следующем этапе анализа данной этнографической реалии мы обратились к анкетированию. Респонденты, приняв во внимание англоязычный и русскоязычный контекст лексической единицы, объяснение ее значения, а также изображение традиционной русской избы, пришли к схожим выводам: 56% информантов высказали необходимость точной передачи при переводе значения реалии, а также 76% ответивших считают, что исторический колорит нужно сохранить в английской версии романа. Этим объясняется тот факт, что именно предложенный нами вариант перевода этнографической реалии («log cabin») был в наибольшем количестве раз (48%) выбран ответившими. Свое решение они объясняли следующим образом: на содержащемся в анкете изображении, которое значительно облегчило процесс принятия решения, представлено именно понятие «log cabin»; этот перевод, в отличие, например, от «cottage», позволяет сохранить специфические особенности избы и не добавляет дополнительных коннотаций, которые не имеют к ней никакого отношения (как правило, «cottage» находится в уединенном живописном месте, не является традиционным деревянным крестьянским домом, представляет собой загородный дом, а не основное место проживания); содержит оттенок историчности. Также респонденты считают, что «log cabin» позволяет в лаконичной форме передать основные смысловые составляющие этнографической реалии.

Однако на вопрос «Считаете ли Вы необходимым в данном примере сохранить при переводе культурный колорит реалии?» 68% информантов ответили «да», что не вписывается в концепцию использования при переводе функционального аналога «log cabin». Эту проблему может решить только практическая транскрипция. Так, 32% (против 48%, выбравших «log cabin») респондентов сошлись во мнении, что этнографическую реалию «изба» необходимо передавать как «izba», не забыв при этом про переводческий комментарий, который следует поместить в сноске внизу страницы. Данный выбор они пояснили следующим образом: роман Л.Н. Толстого — это объемное произведение, за которое зачастую берутся те, кто хочет погрузиться в полной мере в богатую русскую культуру и русский язык.

Мы считаем, что оба варианта «log cabin» и «izba» (реалия с переводческим комментарием) имеют право на существование. При переводе такого коварного пласта лексики, как реалии, переводчик непременно сталкивается с рядом трудностей, заставляющих его чем-то жертвовать: точной передачей значения, культурным или историческим колоритом. Перед началом перевода специалисту необходимо определиться с переводческой концепцией, которой он будет придерживаться на протяжении всего текста романа. Так, анализируя ответы на три заключительных вопроса о переводе всех этнографических реалий произведения (60% респондентов посчитали важной точную передачу при переводе значения этнографической реалии, 100% - сохранение культурного колорита, 96% - исторического колорита), мы приходим к выводу, что в романе Л.Н. Толстого иноязычные читатели хотят сохранить при переводе не столько содержательный компонент данных лексических единиц, сколько их умение воссоздавать культурные и исторические особенности России XIX в. Именно использование практической транскрипции с переводческим комментарием позволяет воплотить желание респондентов в жизнь.

В ходе нашей работы мы также попытались ответить на вопрос: «Как перевод этнографических реалий романа Л.Н. Толстого на английский язык повлиял на восприятие иноязычным читателем всего произведения в целом?». Так, большинство респондентов (41%) оценили перевод двенадцати представленных в анкете этнографических реалий выше среднего (в 7 баллов по шкале от 1 до 10). По их мнению, неточности в переводе и отказ в ряде случаев от передачи культурного колорита обеднили английскую версию романа, но, тем не менее, не внесли кардинальных изменений. Мы считаем, что этнографические реалии, как никакая другие лексические единицы, способны воссоздать атмосферу русской жизни, однако они далеко не всегда сохраняли в себе эту функцию при переводе на английский язык. Такой отход от оригинала со стороны специалистов был не всегда оправдан, что в некоторых случаях приводило к искажению замысла автора: Л.Н. Толстой стремился в своем произведении также изобразить народный дух, противопоставить все русское и вражеское-французское.

Список литературы

1.     Беликов В.И., Крысин Л.П. Социолингвистика: учеб. пособие для вузов/В.И. Беликов, Л.П. Крысин. - М.: Рос. гос. гуманит. ун-т, 2001.—315 с.

2.     Влахов С., Флорин С. Непереводимое в переводе / С. Влахов, С. Флорин. - М.: Междунар. отношения, 1980.—343 с.

3.     Национальный корпус русского языка [Электронный ресурс] // Национальный корпус русского языка. URL: http://www.ruscorpora.ru (дата обращения: 20.11.2015).

4.     Пищулина О.Ю. Способы создания социально-психологической характеристики героев (на примере романа-эпопеи Л.Н. Толстого «Война и мир») / О.Ю. Пищулина // Вестник ВГУ. Серия лингвистика и межкультурная коммуникация. - Воронеж: Воронеж. гос. ун-т., 2008. - С. 102‒115.

5.     Толстой Л.Н. Война и мир / Л.Н. Толстой. - М.: Эксмо, 1993.—1342 с.

6.     Томахин Г.Д. Реалии-американизмы / Г.Д. Томахин. - М.: Высшая школа, 1988.—239 с.

7.     Ушаков Д.Н. Толковый словарь [Электронный ресурс] // Толковый словарь Ушакова. URL: http://ushakovdictionary.ru (дата обращения: 20.11.2015).

8.     Oxford English Dictionary [Electronic resource] // Oxford Dictionaries. URL: http://www.oxforddictionaries.com (date of access: 20.11.2015).

9.     Tolstoy, L. N. War and Peace / translated by L. Maude, A. Maude. - New York: Oxford University Press, 2010.—1526 p.

10.   Wilson, A. N. Tolstoy / A. N. Wilson. - New York: W. W. Norton & Company. Inc, 1988. - P. 512.