+7 (831) 262-10-70

+7 (831) 280-82-09

+7 (831) 280-82-93

+7 (495) 545-46-62

НИЖНИЙ НОВГОРОД, УЛ. Б. ПОКРОВСКАЯ, 42Б

ПН–ПТ 09:00–18:00

Переводчик как субъект авторских прав.

Переводчик как субъект авторских прав.

Полякова Карина Павловнабакалавр,Нижегородский филиал Высшей школы экономики, г. Нижний Новгород, Россия

Статья подготовлена для публикации в сборнике «Актуальные вопросы переводоведения и практики перевода».

Без творчества не обходится ни одна сфера человеческой деятельности, оно имеет множество форм, каждая из которых обладает своей спецификой правового регулирования. Одной из самых специфичных (в контексте авторского права) форм творчества является перевод и переработка произведений. Перевод как результат литературного труда автора находится под защитой авторского права, но специфический труд переводчика требует особых способов правовой защиты. Кроме того, деятельность переводчика напрямую связана не только с деятельностью автора оригинала произведения, но и в некоторых случаях его правопреемника, а также заказчика (например, издательства), что еще больше усложняет осуществление прав переводчика. В результате глобализации перевод становится все более востребован, а, следовательно, подобные проблемы все острее встают перед юридическим сообществом.

В связи с увеличением нарушений авторских прав переводчиков, законодательство об авторском праве было существенно дополнено. Исследование основано на анализе новейших данных. В нем выявлены основные проблемы, возникающие при возникновении и осуществлении авторских прав переводчика, а также возможные пути их правового регулирования.

Во-первых, среди проблемных вопросов следует выделить то, что в законодательстве не указана необходимость обязательного владения специальными навыками или получение определенной квалификации переводчиками, а перевод не является тем видом деятельности, который подлежит обязательному лицензированию. Качество перевода в текущих реалиях очень сложно контролировать, а ведь восприятие читателями посыла автора оригинального текста и сохранность его прав напрямую зависят от этого.

Для решения данной проблемы предлагается включить понятие «переводчик» в Закон наравне с понятием «автор произведения» (ст.1257 ГК РФ). В российском законодательстве нет конкретных положений, в которых были бы закреплены понятие «переводчик» и его правовой статус (в то же время в рекомендациях ЮНЕСКО он предлагается).

В ходе исследования было предложено следующее определение: переводчик — это такой субъект авторского права, творческим трудом которого создается производное произведение литературы или науки (т.е. перевод оригинального произведения), с учетом соблюдения прав автора оригинального произведения.

Во-вторых, Гражданский кодекс относит перевод к видам использования произведения, а значит он может осуществляться только с согласия автора оригинального произведения. Э.П. Гаврилов в своих трудах указывал на то, что эта формулировка не совсем точна, так как перевод является творческим процессом и должен осуществляться свободно[1]. Регулирование процесса перевода означало бы ограничение конституционного права на свободу творчества. Решением данной проблемы представляется исключение перевода из списка видов использования произведения — положения пп.9 п.2 ст.1270 ГК РФ, а также его приравнивание к оригиналу произведения. Таким образом, стоит дополнить ст.1259 ГК РФ, в которой перевод должен относиться к объектам авторских прав.

В-третьих, существует возможность нарушения права автора на неприкосновенность произведения. Проблема в том, что иногда контролировать деятельность переводчика некому: часто автор оригинала не знает языка перевода. Поэтому произведения доходят до читателя с грубыми фактическими ошибками. Также переводчику, чтобы донести до иноязычного читателя смысл произведения, приходится вносить частичку своего творческого элемента, что может сопровождаться использованием 3‒5 фраз вместо 1‒й, которая была использована в оригинале.

Однако, по мнению Э.П. Гаврилова, «после того как автор или иной обладатель исключительного авторского права дал согласие на использование произведения в переработке, право на неприкосновенность произведения следует считать реализованным (исчерпанным)». [1] В тех случаях, когда такой вопрос возникает между переводчиком и редактором перевода, в договоре следует признавать существенным условие о согласии переводчика на редактирование перевода, а также его последующее ознакомление и внесение замечаний в уже отредактированный текст.

В-четвертых, ввиду отсутствия в законодательстве положений о критерии творчества в произведениях на практике зачастую возникает вопрос о том, в каких случаях перевод является результатом творческого труда.

Для решения этого вопроса была предложена следующая формулировка критерия творчества — абстрактный элемент произведения, обусловленный некоторой оригинальностью и новизной, который обязательно характеризуется самостоятельностью труда автора или переводчика и носит субъективный характер. Кроме того, был сделан вывод о том, что определение четких критериев для каждого случая абсолютно субъективно, так как суды редко выдвигают специальные требования к охраноспособности произведений. [2] Также, исследователями предлагается принять ФЗ «О творчестве и творческой деятельности» для того, чтобы прояснить и детализировать положения о конкретных видах творческой деятельности. [3, 4]

Проблема критерия творчества тесно соприкасается с проблемой плагиата при переводе. В переводческой сфере грань между плагиатом и самостоятельно созданным произведением с заимствованием очень тонка. Иногда нет другого варианта выражения той или иной мысли. Многие популярные произведения имеют несколько различных вариантов переводов, сделанных разными людьми. Например, большинство произведений Шекспира, Байрона, Толкина, Флобера и др. переведено по несколько раз на русский язык (чаще всего встречаются различные переводы поэзии). Нередко возникают судебные споры о плагиате между авторами-переводчиками и их коллегами, которые переводили это произведение ранее. [5] Критерий творчества является важным фактором для определения факта наличия или отсутствия плагиата. Также можно сделать вывод о том, что, с одной стороны, творческий характер перевода произведения довольно абстрактная категория, которую сложно подогнать под какие-либо стандарты, с другой стороны, без них авторские права переводчиков (как и авторов произведений) могут быть ущемлены.

В-пятых, в договорных отношениях переводчика с иными субъектами права были выделена следующая проблема: многообразие видов договоров в переводческой сфере, что зачастую может ввести в заблуждение обладателя исключительных прав на произведение, кроме того, важно обращать внимание на существенные условия договора: любой вид договора обязательно должен включать предмет, сроки выполнения перевода (либо полный срок, либо в случае, если предусмотрена отправка перевода частями, — промежуточные сроки), размер вознаграждения, условия о согласии переводчика на редактирование перевода и проверку перевода во избежание осуществления некачественного перевода (который может повлечь нарушение личных неимущественных прав — например, содержать информацию, порочащую честь, достоинство и деловую репутацию гражданина, либо право на неприкосновенность произведения), а также кому и в каком объеме переходят исключительные права.

Помимо этого, проблема некачественного перевода возникает вследствие недостаточности профессионализма переводчиков и, соответственно, отсутствия в законодательстве положений, конкретизирующих правовой статус переводчика. Кроме того, перевод не относится к видам деятельности, подлежащей обязательному лицензированию.

Стоит отметить, что при составлении и заключении договоров, а также при подаче исков в суд, переводчикам приходится обращаться в основном к отраслевым документам, например, рекомендованным Российским Авторским Обществом (РАО), Союзом Переводчиков России (СПР) или Национальной Лигой Переводчиков (НЛП). [6] Такое многообразие нормативно-правовых актов, а также вспомогательных источников, регламентирующих отношения переводчика с иными субъектами права не всегда признак хорошо развитого законодательства в данной сфере, поэтому законодателю следует обратить внимание на пробелы и постараться со временем их устранить.

В заключение стоит сказать, что совсем немногие из переводчиков юридически подкованы, поэтому в основном они предпочитают не вступать в юридические споры. Однако в последнее время сотрудники РАО и СПР уделяют все больше внимания вопросам пропаганды норм существующего законодательства как среди пользователей, так и среди авторов, для которых также чрезвычайно важно знать о своих правах.

Итак, данная тема представляет огромный интерес для дальнейшего исследования. Перспективы развития авторского права носят в целом положительный характер, но оно однозначно нуждается в дальнейшем совершенствовании. Я уверена, что в ближайшем будущем обеспечение и защита авторских прав таких специфических участников правоотношений, как переводчики перейдет на качественно новый уровень.

 

Список литературы

1.    Гаврилов, Э. П. Перевод и иная переработка произведения // Патенты и лицензии.—2015. — № 1. С.31‒38; — № 2. С. 32‒36

2.    Кашанин, А. В. Уровень требований к творческому характеру произведения в отечественном юридическом дискурсе [Текст] // Законы России: опыт, анализ, практика.—2012. — № 10, — С.81‒94.

3.    Дубровин, Ю. Д. Конституционное право на свободу творчества [Текст] // Культура, управление, экономика, право.—2014. — № 1. — С. 3‒8.

4.    Сазонникова, Е. В. Содержание свободы творчества в конституционном праве России // Журнал российского права.—2009. — № 5. [Электронный ресурс] // Доступ из справочно-правовой системы «КонсультантПлюс».

5.    Теннис, А. О. Некоторые проблемные вопросы переводческой деятельности [Текст] // Гуманитарные исследования.—2012. — № 4 (44). — С. 79‒86

6.    Лукьянова, А. А. Авторские права переводчика. Переводчик как субъект права, 2015 [Электронный ресурс] // Доступ с сайта Союза Переводчиков России: http://www.russian-translators.ru/perevodchesky-opit/practika/copyrightinterpreting/