+7 (831) 262-10-70

+7 (831) 280-82-09

+7 (831) 280-82-93

+7 (495) 545-46-62

НИЖНИЙ НОВГОРОД, УЛ. Б. ПОКРОВСКАЯ, 42Б

ПН–ПТ 09:00–18:00

Стилистические функции лексических единиц, выражающих неопределенное количество

Стилистические функции лексических    единиц, выражающих неопределенное       количество

Дубровская Вероника Владимировна - доцент кафедры основ английского языка, кандидат филологических наук, факультет английского языка, Нижегородский государственный лингвистический университет им. Н.А. Добролюбова, г. Нижний Новгород, Россия

Статья подготовлена для публикации в сборнике «Актуальные вопросы переводоведения и практики перевода».

Квантификаторы представляют собой класс слов, который указывает на отвлеченные числа, количество предметов и порядок их при счете и в силу этого предназначен для выражения точной, беспристрастной информации. Из-за своей семантической исключительности квантификаторы не допускают метафорического переноса значения, поэтому за ними закрепилась репутация части речи, лишенной эмоциональных красок. Однако было бы необоснованно исключать их из состава стилистических ресурсов морфологии, так как они часто являются важным источником речевой экспрессии.

Согласно исследованиям Дж. Лакоффа[1], К. Базанеллы[2], А. Джакера[3] средства выражения неопределенного количества употребляются в таких коммуникативных ситуациях, когда:

1)    точная информация недоступна (недостаток информации): She has got a lot of friends. В данном случае подсчитать точное количество практически невозможно, поэтому неопределенный квантификатор лучше передает значение и отношение говорящего к ситуации;

2)    точная информация неуместна (безобидная ложь «white lies»);

3)    точная информация не имеет большого значения (для придания общению более неформального и менее напряженного характера);

4)    точная информация даст слушающему менее ясное представление о ситуации, например, можно сравнить два предложения: «Three hundred fifty-seven books were sold» vs. «Most books were sold». Если говорящий не знает, сколько всего книг было в наличии в магазине, то первое высказывание не будет для него таким же понятным, как второе;

5)    неточная информация используется намеренно, для придания более экспрессивного и эмоционального характера высказываниям.

Анализ фактического материала выявил, что псевдочислительные широко используются в современной литературе как эффективное средство усиления и преувеличения: «This line about the bow and the violin has made it into family lore. I’ve heard the story a zillion times»[4, с. 14]. «Then why?» She folds her arms, looking baffled and almost accusing. «Why?» I don’t know why! I want to scream. Don’t you think I’ve asked myself that question a bazillion times?»[4, с. 32].

Гипербола, преувеличение тех или иных свойств (степени качества) предмета, представляет собой «непосредственное, не сдерживаемое этическими условностями выражение интенсивности эмоциональной оценки действительности отправителем речи»[5, с. 122]. Основная сфера применения гиперболы — обиходно-разговорная речь, в условиях которой форма выражения не контролируется. Для бытовой речи характерны и стереотипные гиперболы-клише, и гиперболы, создаваемые непосредственно в процессе речи.

В качестве примеров стереотипных гипербол можно привести следующие: a thousand pardons, I’ve told you forty times, a thousand apologies, a thousand thanks; no, a thousand times no! «To be sure,» rejoined his brother; «it would be a thousand pities to throw away such a chance of fun»[6, с. 192]. «Sadie,’ I write underneath the phone numbers, ‘you’re a star. Thanks a million»[4, с. 430].

Стереотипные гиперболы часто используются в речи, что может быть отражено и в произведениях британских и американских авторов: «The next day, Friday, I came home to find outside my door a grand-luxe Charles & Co. basket with her card: Miss Holiday Golightly, Travelling: and scribbled on the back in a freakishly awkward, kindergarten hand: Bless you darling Fred. Please forgive the other night. You were an angel about the whole thing. Mille tendresses — Holly. P. S. I won’t bother you again»[7, с. 30].

По экспрессивной насыщенности не все числительные равноценны: наиболее часто в стереотипных гиперболах используются числительные hundred, thousand, million, billion. Congratulations! I’m a hundred years old now. cf. Не прошло и года!

Гипербола может использоваться в конвергенции с другими стилистическими приемами:

1)    иронией

«Mum has told me my great-aunt was 105 approximately 105 times. I’m pretty sure it’s because that’s the only fact she knew about her.»[4, с.11]. Повторение числительного и использование аппроксиматора передают сарказм главной героини.

В романе Сесилии Ахерн «Посмотри на меня» главная героиня, владелица дизайнерской компании, боится экспериментировать в работе, все время придерживается классических оттенков цвета, и тем самым вызывает язвительные шутки со стороны подчиненных, которые хотят подходить более творчески к дизайну помещений:

«No, again,» came the dull, bored reply. «And please refrain from disturbing me as I’m about to order two thousand pots of magnolia paint for our future projects. May as well be organized and plan ahead for the next twenty years,» she muttered, then grumbled loud enough for Elizabeth to hear, «because it’s not as if we’re about to change our ideas any time soon.»

«Oh, OK,» Elizabeth smiled, giving in. «You can order another colour in too.»

Poppy almost fell off her chair with excitement.

«Order a few hundred pots of beige as well, while you’re at it. «Barley» it’s called.»

«Ha ha,» Poppy said drily»[8, с.105].

2)    нарастанием

«It’s massive. It’s radiant. It’s a million times better than the one in the house»[4, с. 398]. Анафора и нарастание, использованные автором в сочетании с гиперболой, помогают подчеркнуть красоту картины, о которой идет речь.

Для создания эффекта нарастания могут быть использованы исключительно квантификаторы: «Sadie’s adored by all these people. Tens, hundreds, thousands. And she has no idea»[4, с. 399].

В фильме «Назад в будущее 3» доктор Эммет Браун, описывая свою возлюбленную Клару, использует гиперболу в сочетании с анафорой и нарастанием: «Doc: Clara was one in a million. One in a billion. One in a google-plex!»[Back to the Future III]. Доктор Эммет Браун — очень талантливый ученый, который изобрел машину времени, он прекрасно разбирается в современных научных теориях. Климакс (нарастание), использованный им в данном предложении, подчеркивает его неординарность и образованность.

3)    антитезой

Числительные могут применятся в художественной литературе и для противопоставления фактов. Герой романа «Девушка и привидение», тайно продавший картину, принадлежавшую его тете, за полмиллиона фунтов и открывший на эти деньги сеть очень успешных кофеен, рассказывал всем, что смог стать миллионером, начав свой бизнес с «двух монеток». Когда его племянница узнает правду ‘Now my mind is moving in bigger circles. Wilder circles. I’m putting two and two together. I’m putting eight and eight together. And I’m making a hundred million’[4, с. 423], масштаб этого обмана вызывает ее негодование:

‘The whole world thinks he’s a business genius who started with two little coins. Half a million notes, more like’[4, с. 423].

‘Every time I pass a Lingtons coffee shop I see a great big rack with Two Little Coins for sale. I just want to rush in and yell, «Stop it, everybody! It wasn’t two little coins! It was my great-aunt’s fortune!» ’[4, с. 434].

4)    перифразом

В некоторых случаях квантификатор не выражен эксплицитно: «I think he thinks I’m in the bathroom, not that I give a damn what he thinks, the hell with him, he’ll get tired, he’ll go to sleep, my God he should, eight martinis before dinner and enough wine to wash an elephant»[7, с. 22]; «I’ve seen it happen more times than you’ve got toes: and those kids, they weren’t even nuts»[7, с. 33].

5)    метонимией

Как известно, чистое золото имеет пробу 24 карата, поэтому Трумен Капоте в своем романе «Завтрак у Тиффани», использует эпитет «24‒carat», характеризуя очень богатого жениха главной героини: «Holly came up from behind, and caught me reading: Miss Holiday Golightly, of the Boston Golightlys, making every day a holiday for the 24‒carat Rusty Trawler»[7, с. 38].

Общеизвестно, что преуменьшение (мейозис) представляет собой «логическую и психологическую противоположность гиперболы. Сущность мейозиса заключается в преуменьшении истинных свойств объекта речи»[5, с.122]. Антрополог Кейт Фокс в своей книге «Watching the English. The Hidden Rules of English Behaviour» замечает, что преуменьшение — это чисто английская форма иронии. «Англичане по праву славятся своим умением использовать преуменьшение. И дело вовсе не в том, что мы изобрели этот способ иронии или владеем им лучше других, просто мы применяем его очень часто». «Причина тому — строгий запрет на выказывание чрезмерной серьезности, сентиментальности, хвастовства и своих переживаний. Опасаясь показаться чересчур пафосными, эмоциональными или пылкими, мы впадаем в другую крайность — демонстрируем сухость и безразличие»[9, с. 85‑86].

Мейозис, как и другие фигуры замещения, может быть выражен любыми языковыми средствами; не существует каких бы то ни было ограничений его формы.

Тем не менее, в результате исследования были обнаружены наиболее часто встречающиеся в современном английском языке разновидности преуменьшений, образующиеся по следующим схемам:

●     a N or two

«Looking in a mirror he was startled to see a much thinner reflection of himself than he remembered: it looked remarkably like the young nephew of Bilbo who used to go tramping with his uncle in the Shire; but the eyes looked out at him thoughtfully.

‘Yes, you have seen a thing or two since you last peeped out of a looking‒glass,’ he said to his reflection»[10, с. 219].

●     one or two of

«By the way, since you are interested in these little problems, and since you are good enough to chronicle one or two of my trifling experiences, you may be interested in this»[11, с. 3].

●     a bit of a N

«We have had our eyes upon this Mr. Milverton for some time, and, between ourselves, he was a bit of a villain»[12, с. 383].

A bit of a prodigy — очень талантливый ребенок.

●     a singular VQ of N

«I don’t think you are dying,» I said. «I think you’ve just got a touch of cancer.» / He smiled. Gallows humour. «I’m on a rollercoaster that only goes up,» he said»[13, с.184].

Кроме того, квантификаторы могут быть использованы в игре слов (pun):

«Someone at the door!» he said, blinking. / «Some four, I should say by the sound,» said Fili. «Besides, we saw them coming along behind us in the distance»[14, с. 21].

Когда два человека соглашаются с одним и тем же высказыванием, первый из них может сказать: «Me too», а второй, чтобы не повторять ту же фразу, говорит: «Me three». ‘Do you guys want a sweet?’ she offered. ‘I’d like one,’ said Mary. ‘Me too,’ said Julie. ‘Me three,’ said John.

В современной литературе игра слов часто основывается на окказиональной трансформации фразеологизма, содержащей аллюзию: ‘She narrows her eyes. ‘Dinner. With or without Mr. Blackberry?’ ‘What?’ ‘Mr. Blackberry makes me feel like Miss Gooseberry.’ The pout again. ‘I feel like there’s always a third person vying for your attention’[15, с. 9]. В этом примере обыгрываются название смартфона Blackberry и фразеологизм to play gooseberry — быть третьим лишним.

Следующие примеры игры слов и сравнения обыгрывают суеверное представление британского этносоциума о том, что четырехлистный клевер приносит удачу: 1) What do you get when you cross poison ivy with a four-leaf clover? A rash of good luck; 2) Never iron a four-leaf clover, because you don’t want to press your luck; 3) A best friend is like a four-leaf clover: hard to find and lucky to have. Но как это часто бывает, существуют и поговорки с совершенно противоположным смыслом, порицающие бездействие человека: Many an opportunity is lost because a man is out looking for four-leaf clovers.

Игра слов с использованием квантификаторов встречается и в именах, которые поклонники сериалов и фильмов придумывают для любимых героев, на интернет сленге это называется пейринг (pairing) или шиппинг — shipping (слово было образовано от таких слов как relationship или worship). В качестве примера подобной игры слов можно привести следующее: в книге «Дивергент» главных героев зовут Four и Tris, поэтому общее имя для этой пары — Fourtris (cf. Fortress). Имя ‘Four’ главный герой получил, потому что у него было только четыре страха: «That’s it?’ I say. ‘Those were your worst fears? Why do you only have four …’ My voice trails off. Only four fears. ‘Oh.’ I look over my shoulder at him. ‘That’s why they call you -»[16, с. 251].

Имена числительные могут использоваться и для характеристики персонажей художественных произведений. Известно, что дети, страдающие аутизмом, очень хорошо запоминают цифры, могут с легкостью умножать и складывать большие цифры в уме, поэтому, когда главный герой романа Марка Хэддона «Загадочное ночное убийство собаки» произносит следующие высказывания: «I know all the countries of the world and their capital cities and every prime number up to 7,057; I had been hugging the dog for 4 minutes when I heard screaming; ‘How old are you?’ he asked. I replied, ‘I am 15 years and 3 months and 2 days», читателю становится понятно, чем болен этот мальчик[17, с. 3‑7].

Причины, вызывающие использование неопределенных квантификаторов можно подразделить на две неравные группы: 1) объективная невозможность быть точным ввиду отсутствия информации; 2) выбор самого говорящего. Примеры, иллюстрирующие намеренное использование неопределенных квантификаторов, более многочисленны, так как рассматриваемые квантификаторы не только передают неопределенное количество, но и содержат дополнительные смыслы, а также выражают отношение говорящего к ситуации. Неопределенные квантификаторы обладают значительным прагматическим потенциалом при создании нетривиальных авторских стилистических приемов, таких как гипербола, метонимия, ирония, нарастание, антитеза, перифраз, игра слов.

Список литературы

1.     Lakoff G. Hedges: a study in meaning criteria and the logic of fuzzy concepts. Journal of Philosophical Logic 2, 1973. - p. 458‒508.

2.     Bazzanella C. Indeterminacy in dialogue. Language and Dialogue 1:1, John Benjamins Publishing Company, 2011. - p. 21‒43.

3.     Jucker. A.H, Smith. S. W, Tanja Lüdge. Interactive aspects of vagueness in conversation. Journal of Pragmatics, 2003, № 35, - p. 1737‒1769.

4.     Kinsella S. Twenties Girl. Black Swan, 2010.—480 p.

5.     Скребнев Ю.М. Очерк теории стилистики. Учебное пособие для студентов и аспирантов филологических специальностей. / Ю.М. Скребнев. - Горький, 1975.—175с.

6.     Bronte Ch. Jane Eyre. Oxford World’s Classics, 2008.—544p.

7.     Capote T. Breakfast at Tiffany’s. Penguin Classics, 2000.—157p.

8.     Ahern C. If You Could See Me Now. Harper Collins Publishers, 2009.—358p.

9.     Фокс К. Англия и англичане. То, о чем умалчивают путеводители/К. Фокс;[пер. с англ. И.П. Новоселецкой]. - М.: РИПОЛ классик, 2012.—512с. - (Что там с головой у этих иностранцев?..)

10.   Tolkien. J. R R. The Lord of the Rings. The Fellowship of the Ring. HarperCollinsPublishers, 1991.—398p.

11.   Conan Doyle A. The Best of Sherlock Holmes, Wordsworth Classics, 2009.—462p.

12.   Conan Doyle A. Sherlock Holmes. The Complete Stories. Wordsworth Editions, 2006.—1408p.

13.   Green J. The Fault in Our Stars. Dutton Books, an imprint of Penguin Group (USA) Inc., 2012.—257p.

14.   Tolkien. J. R R. The Hobbit. HarperCollins Children’s Books, 1998.—365p.

15.   Moyes J. Me before you. Penguin Books, 2012.—495p.

16.   Roth V. Divergent. Katherine Tegen Books, 2011.—260p.

17.   Haddon M. The Curious Incident of the Dog in the Night-time. Doubleday, a division of Random House, Inc. the USA, 2003.—134p.