+7 (831) 262-10-70

+7 (831) 280-82-09

+7 (831) 280-82-93

+7 (495) 545-46-62

НИЖНИЙ НОВГОРОД, УЛ. Б. ПОКРОВСКАЯ, 42Б

ПН–ПТ 09:00–18:00

Эмотивный подход в современной лингвистике: к вопросу о важности отличий вербализации эмоций в лингвокультурных кодах

Эмотивный подход в современной лингвистике: к вопросу о важности отличий вербализации эмоций в лингвокультурных кодах

Гукалова Надежда Владимировна — Магистрант, Таганрогский институт им. А. П. Чехова (филиал) Ростовского государственного экономического университета (РИНХ), Таганрог, Россия

Статья подготовлена для публикации в сборнике «Актуальные вопросы переводоведения и практики перевода».

В последние два десятилетия XX века начала формироваться когнитивная теория эмоций (эмотиология), объединившая в себе когнитивную психологию и лингвистику с использованием данных и из иных областей знания об эмоциях, данные когнитологии; была выработана лингвистическая концепция эмоций. Исходя из этого эмотиологию определяют как науку о вербализации, выражении и коммуникации эмоций [6, с. 95].

Суть эмотивного подхода к языку состоит в том, что для целей категоризации эмоций в лексико-семантической системе языка наибольший интерес представляет философское понимание эмоций как формы оценочного отражения действительности и психологическое понимание эмоций как особого психического пласта, который надстраивается над познавательным образом [8, с. 9].

На сегодняшний день эмотиология стала одной из передовых сфер традиционного языкознания. Ее первоосновной задачей является изучение субъективных компонентов значения единиц языка, а также формулирование и структуризация знаний об эмотивном коде языка [3, c. 5].

Без корректной атрибуции вербальных признаков эмоций невозможна успешная коммуникация в рамках единой лингвокультуры, также ее роль весома и недооценена в кросс-культурной коммуникации. Современные филологи утверждают, что наибольшие трудности для партнеров по коммуникации представляет именно эмоциональное общение, овладение средствами номинации, дескрипции и экспрессии эмоций в их национальной специфике. Это создает значительные сложности для коммуникантов, в том числе и для переводчика [1; 9].

Собственно лингвистическая теория эмоций – это вариация, полученная в результате взаимодействия философской и психологической парадигм, наибольший интерес для которой на данном этапе представляют: динамика языкового кода, развитие и реализация его скрытых возможностей, эмоциональная специфика речи в разных условиях общения, механизмы распознавания чужих эмоций и управления собственными эмоциями в процессе коммуникации, согласование эмоций разного качества, симуляция положительных и нейтрализация отрицательных эмоций в актах межличностного, институционального и межкультурного общения и др [8, c. 4].

В рамках данного направления был создан ряд терминов, один из важнейших из которых – эмотивность, понимаемая как «лингвистический аспект категории эмоциональности», т. е. «лингвистическое выражение эмоций» [8, c. 145].

Однако нужно принять во внимание, что в научной литературе содержание категории «эмотивность» описывается весьма неоднозначно. Этот вопрос требует отдельного рассмотрения и будет разработан нами в дальнейшем.

Также одним из ключевых понятий лингвистической теории эмоций В. И. Шаховского является эмотив – единица языка с эмотивным типом семантики, который заключается в том, чтобы сообщить о душевном волнении говорящего, передать некую эмоциональную информацию (вместе с фактуальной или независимо от нее), вызвать ответную эмоциональную реакцию [8, c. 234].

Эмотивные значения имеют ряд характерных черт: во-первых, они словосознаны, дискретны, адекватно идентифицируются говорящими, во-вторых, два слова могут иметь одинаковое логико-предметное значение, но отличаться по наличию эмотивного компонента. Кроме того, такие слова могут иметь одинаковое денотативное значение, но различаться по отражаемым эмоциям, по различному эффекту воздействия, его интенсивности, употребляться в различных ситуациях.

Эмотивное значение может быть отделено от логико-предметного внутри лексического значения слова: например, английское imp в значении «ребенок» в шекспировские времена употреблялось также как ласкательное обращение к взрослым людям с выражением эмоции одобрения. При этом в русском языке такое употребление слова «ребенок» по отношению к взрослым выражает уничижительное содержание. Таким образом, эмотивная лексика отбирается говорящим в процессе речевой деятельности в рамках существующего кода [8, c. 57].

«При помощи языка осуществляется и закрепляется сочетание определенных эмоциональных отношений с определенными понятиями в соответствии с социальным опытом народа или социальной группой, и, таким образом, чувства, являющиеся неотъемлемым элементом сознания, становятся неотъемлемым элементом языковой формы мышления» [7, c. 30].

Эмотивность языка, речи и текста как объект исследования обусловливают фундаментальность, теоретическую и практическую значимость лингвистических исследований, выполняемых в данной области, и, несомненно, глобальность их перспектив.

Предполагается, что именно язык является ключом к пониманию эмоций человека, так как он номинирует, выражает, описывает их, комментирует, структурирует, имитирует, симулирует, категоризирует, классифицирует. Язык организует эмоциональную картину мира какой-либо лингвокультуры [8, c. 25–26].

Если отталкиваться от идеи о том, что все концепты в языке, в отличие от понятий, носят эмоционально-экспрессивную окраску, то можно заключить, что каждый концепт по своей природе эмоционален – вне зависимости от того, универсален ли он или имеет национальную специфику. Поскольку эмоции влияют на язык как продукт человеческой психики, формы выражения концептов будут эмоционально специфичны и эмоциональная составляющая либо явно, либо латентно присутствует в любом языковом знаке.

Кроме того, мы можем наблюдать как языковую асимметрию смыслового содержания в рамках одного эмоционального концепта, так и эмоционально-культурную лакунарность, что объясняется национальной спецификой в ассоциациях, при восприятии образов объектов, на чем в целом и строится содержание того или иного концепта в языке.

Так, исследователь Е. В. Димитрова [2] на примере типично русского концепта «тоска», отсутствующего, к примеру, во французском языке, демонстрирует, что его эмотивный смысл способен транслироваться лишь мозаично, посредством приближенных эквивалентов, полностью его не отражающих.

Подобных примеров можно привести огромное множество, каждый из которых будет уникален, во всех случаях проблемы лакунарности, или неполного совпадения семантики языковых знаков, должны решаться индивидуально и ситуативно. Некоторые ученые заявляют также и о наличии и влиянии на язык эмоциональных лакун [4; 5].

Так как лексикализация концептов в различных лингокультурных кодах имеет значительные отличия, информативная функция словарей оказывается порой совершенно ненадежным источником при попытке трансляции, передачи и декодирования информации в условиях кросс-культурного общения.

На сегодняшний момент данная проблема становится чрезвычайно актуальной. Для людей, интересующихся английским языком, занимающихся переводческой деятельностью, всех, чья работа сопряжена с межкультурной коммуникацией, в этом нелегком вопросе большим подспорьем, как утверждают многие эксперты, стал словарь Longman Dictionary of English Language and Culture, который содержит 1,5 тысячи культурных референтов к 40 тысячам слов. В рамках отечественной лексикографии можно выделить «Большой фразеологический словарь русского языка. Знание. Употребление. Культурологический комментарий».

Одним из факторов, порождающих различия в лингвокультурных кодах, являются конфессиональные различия. Особенно интересны в этом отношении культурные различия между психологией людей Запада и Востока. В их числе можно назвать некоторые тренды, популярные лишь среди людей, принадлежащих к западной культуре, например anorexia (навязчивое желание похудеть), отношение к семейным узам, что формирует иные ценности и концепты. В азиатской культуре наблюдается большая степень сенсуальности партнеров по коммуникации, они могут понять, что «происходит на душе» у собеседника без языковой экспликации, что не свойственно русскому или западному типу языковой личности. Такие различия отмечаются в проксемике и кинесике жителей Востока.

Для американцев характерно чувство гордости и патриотизма, что выражается и в вербальных, и в невербальных символах. Так, государственный флаг чтится американцами как святыня, отсюда и особая номинация – Old Glory.

В данное время сосуществуют множество разнообразных концепций изучения эмоций в языке, при этом ни одна из них не является доминирующей и исчерпывающей, они лишь дополняют друг друга. Речь идет об исследовании субъективных значений единиц языка, эмотивной языковой личности, этнической специфики выражения эмоций, эмоциональной окраски текста, имитации и симуляции эмоций, эмотивной валентности языковых единиц, эмотивного семантического пространства языка, об изучении эмоций в гендерном аспекте, механизмов эмоциональных приращений в языковой семантике и т. д.

Итак, можно с уверенностью констатировать: проблема «эмоций в языке» стоит в авангарде современной лингвистики. Учитывая тот факт, что эмоции имеют в целом универсальные средства выражения, форма выражения и лексикализация могут в значительной степени варьироваться в зависимости от лингвокультурного кода и важность данного компонента не только коммуникации, но части мышления человека и любого когнитивного процесса невозможно недооценивать. Для эффективного межкультурного общения, кроме всего прочего, необходимо овладение эмоциональной компетенцией. Тем не менее, мы вынуждены отметить, что при межкультурной коммуникации потери эмотивных смыслов неизбежны.

 

Библиографический список

1.         Гак В. Г. Языковые преобразования. М., 1998.

2.         Димитрова Е. В. Трансляция эмотивных смыслов русского концепта «тоска» во французскую лингвокультуру: Дис. … канд. филол. наук. Волгоград, 2001.

3.         Ионова С. В. Лингвистика эмоций: основные проблемы, результаты и перспективы // Язык и эмоции: личностные смыслы и доминанты речевой деятельности: Сб. науч. трудов / Под ред. С. В. Ионовой, Ю. К. Волошина, В. В. Леонтьева. Волгоград: ЦОП «Центр», 2004. С. 4–23.

4.         Карасик В. И. Язык социального статуса. М., 1992.

5.         Томашева И. В. Эмотивная лакунарность художественного текста: Дис. … канд. филол. наук. Волгоград, 1995.

6.         Нашхоева М. Р. Лингвистическая концепция эмоций и эмотивности текста // Вестник ЮУрГУ. Сер. «Лингвистика». 2011. № 1. С. 92–105.

7.         Савченко А. Н. Язык и система знаков // Вопросы языкознания. 1972. № 6. С. 29–37.

8.         Шаховский В. И. Лингвистическая теория эмоций. М., 2008.