+7 (831) 262-10-70

+7 (831) 280-82-09

+7 (831) 280-82-93

+7 (495) 545-46-62

НИЖНИЙ НОВГОРОД, УЛ. Б. ПОКРОВСКАЯ, 42Б

ПН–ПТ 09:00–18:00

Понятие поэтической нормы в стилистике перевода

Понятие поэтической нормы в стилистике перевода

Надежкин Алексей Михайлович — Канд. филол. наук, Нижний Новгород, Россия

Статья подготовлена для публикации в сборнике «Актуальные вопросы переводоведения и практики перевода».

Для адекватного перевода поэтических текстов необходима глубокая подготовка переводчика в сфере лингвистической теории, так как современные художественные тексты во многом отличаются от классических образцов поэзии и для работы с подобными текстами на всех уровнях языка необходимо осмысление переводчиком такого понятия, как поэтическая норма.

Термин «поэтический язык» был введен в научный обиход в конце 20-х годов Пражским лингвистическим кружком. Литературоведы, в частности В. М. Жирмунский, трактовали это понятие так: «В широком смысле (литературоведческом), в понятие художественного стиля литературного произведения входят не только языковые средства (составляющие предмет стилистики в строгом смысле), но также темы, образы, композиция произведения, его художественное содержание, воплощенное словесными средствами, но не исчерпывающееся словами» [4, с. 29].

Известный лингвист Г. О. Винокур приводит три понимания: язык поэтических произведений, «поэтичный язык» и язык-поэзия: «Под поэтическим языком можно понимать, прежде всего, язык, употребляемый в поэтических произведениях» [1, с. 140].

Второе значение трактуется как связь между языком и поэзией: «С другой стороны, язык, употребляемый в поэтических произведениях, может представляться связанным с поэзией не одной только внешней традицией словоупотребления, но и внутренними своими качествами, как язык, действительно соответствующий изображаемому поэтическому миру, выражаемому поэтическому настроению. В этом случае язык поэзии понимается нами как язык сам по себе поэтичный и речь уже идет о поэтичности как особом экспрессивном качестве языка» [1, с. 141].

«Но есть и еще одно, и притом – гораздо более важное значение, принадлежащее выражению “поэтический язык”. С ним имеем дело тогда, когда самое отношение между языком и поэзией мыслится не как связь, а как связанное тождество, так что язык и есть сам по себе поэзия» [1, с. 142].

В этом случае поэтический язык рассматривается как «художественный язык», как особая языковая функция. В нем обнаруживаются иные, чем в языке повседневном, связи и отношения системных элементов. В. В. Виноградов писал: «Поэтическая функция языка опирается на коммуникативную, исходит из нее, но воздвигает над ней подчиненный эстетическим, а также социально-историческим закономерностям искусства новый мир речевых смыслов и отношений» [2, с. 155].

Именно в эстетической направленности находят специфику поэтического языка: «ПЯ (поэтический язык – А. Н.) определяется как язык с установкой на творчество, а поскольку всякое творчество подлежит и эстетической оценке, это – язык с установкой на эстетически значимое творчество, хотя бы самое минимальное, ограниченное рамками одного только слова. <…> ЯХЛ (язык художественной литературы – А. Н.) – сфера действия ПЯ по преимуществу» [3, с. 76–78]. Можно сказать, что язык художественного текста по определению является поэтическим.

В рамках нашего исследования нужно сказать о таком явлении, как поэтическая норма. Когда границы между художественным и нехудожественным не были еще четко определены, то одной из функций эстетики было установление норм поэтического выражения, и стиль мыслился как синоним творческого совершенства, поэтому многие литературные критики говорили о «бесстильности», «манерности» художника. Стиль, который был объявлен классическим, автоматически становился мерилом для остальных стилей. Однако в ходе развития литературы стало возводиться в культ понятие индивидуальности слога автора, и оказалось, что интересный стиль не обязательно должен быть похож на классический. Если в старинной литературе понятие «канона» или «классики» устанавливалось на века, то литература XIX и особенно XX века пережила резкую и быструю смену литературных направлений, течений, поэтических школ, стилей.

Признавая разнообразие стилей как основной литературный принцип, мы должны, говоря о поэтической норме, подойти к этому понятию с прагматической точки зрения. Раз выделение образцового стиля невозможно, потому что поэтические произведения слишком различны по своей форме, то следует подойти к поэтической норме с точки зрения художественной эффективности: если художественное произведение оказывает на читателя эстетическое воздействие, то те художественные средства, которые использованы данным автором, и являются поэтической нормой для этого произведения. Данный термин – понятие относительное, потому что связан с мировосприятием отдельного писателя и его манерой общения с читателем, то есть с художественным миром поэта. Понятие поэтической нормы индивидуально, и сколько поэтов, столько и поэтических норм.

Ю. М. Лотман утверждает, что «художественная литература говорит на особом языке, который надстраивается над естественным языком как вторичная система, а это значит, что литература имеет свою систему знаков и правил их соединения, которые служат для передачи особых, иными средствами не передаваемых сообщений» [5]. Эти знаки имеют иконический характер, то есть построены по принципу обусловленной связи между планом содержания и планом выражения, что делает разграничение выражения и содержания в обычном для структурной лингвистики смысле вообще затруднительным. Знак моделирует свое содержание. Такое восприятие знака позволяет рассматривать каждый художественный текст как уникальный знак особого содержания. В определенном отношении текст есть целостный знак, и все отдельные знаки общеязыкового текста сведены в нем до уровня элементов знака. Этот уникальный знак-текст, созданный писателем как окказиональная структура, навязывается читателю уже как язык его сознания. Окказиональность заменяется универсальностью [5, с. 32–33]. Всякое новаторство происходит от различного комбинирования элементов кода, которое порождает новые смыслы, и чем код изощреннее, тем больше смыслов он может передать. Декодирование же происходит благодаря расшифровке общеизвестных элементов, а уникальность кода осмысляется при его сравнении с известными образцами.

Причины разнообразия толкования одного и того же текста заключается в том, что текст в лингвистическом отношении остается последовательностью знаков, в которой варианты чтения кода образуют незамкнутое множество. Одновременно в тексте начинают семантизироваться элементы, из которого он состоит: звуки, морфемы, повторяющиеся слова, фразы начинают обретать собственное значение и влиять на смысл всего текста. А повторяющиеся элементы выстраиваются в отдельный код, требующий дешифровки. Словесное искусство основывается на естественном языке, но преобразовывает его в собственный язык – язык искусства [5, с. 35].

В рамках разграничения язык – речь применительно к художественному тексту также можно различать художественный (поэтический) язык и художественную речь. Этому разграничению соответствует принятое в современной науке разграничение идиолекта и идиостиля.

Поэтический мир, отражая миросозерцание автора, получает в тексте реальное воплощение. В ходе анализа художественного текста выявляются основные черты языковой личности поэта – поэтического идиолекта. Описание поэтического идиолекта есть воссоздание важнейших особенностей поэтического мира.

В соответствии с дихотомией язык – речь с «языком писателя» соотносится понятие художественной речи – непосредственной речевой реализации индивидуальных особенностей языка писателя в конкретном произведении.

Итак, говоря о художественном языке, мы должны характеризовать его следующим образом: он воздействует как на разум, так и на чувства, с одной стороны, передавая информацию, а с другой – приводя к эмпатии и возбуждая аффекты. Среди черт художественного языка необходимо отметить обращавшее на себя внимание еще с античных времен стремление к гармонии и музыкальности, благозвучному соединению слов, что особенно важно для стихов и ритмизированной прозы. Художественный язык представляет из себя упорядоченную систему, развивающуюся по своим законам, отличным от общеязыковых, и с более относительным пониманием нормы.

Важной чертой поэтического языка является его яркость, богатство, пестрота в использовании образных средств, тропов и фигур, которые были бы избыточны в обычной речи. Значимой характеристикой данного феномена являются повышенная информативность кода при передаче сообщения, заключающаяся в обработанности этого сообщения особым образом, концентрация читательского внимания за счет разрушенного ожидания и индивидуальность слога автора, который качественно отличается от общенародного языка, но связан с этим языком взаимовлиянием.

Для общенародного языка многие поэтические средства будут аномальными, хотя в поэтическом языке они ожидаемы и желательны. Но и в рамках поэтического языка могут встретиться прагмасемантические аномалии, заключающие в себе нарушения конвенций: так, абсурдистские стихи В. Хлебникова, А. Введенского, Д. Хармса, Л. Кэрролла разрушают установку читателя на восприятие стиха как благозвучно организованной формы литературного произведения, не допускающего бессмыслицы. На этом основании подобным стихам может быть отказано в художественности, но справедливо ли это?

В свете того, что литературный процесс воспринимается как историческая и закономерная смена художественных направлений, течений, поэтических школ и стилей, каждый из которых формирует собственное понятие об образце искусства, мы должны признать понятие поэтической нормы относительным.

Основным критерием для соответствия художественного произведения поэтической норме, по нашему мнению, должна служить прагматика текста: если художественное произведение оказывает на читателя эстетическое воздействие, то те художественные средства, которые использованы данным автором, и являются поэтической нормой для этого произведения. Если поэтическое произведение достигает коммуникативной цели, то оно соответствует поэтической норме.

Данный термин – понятие относительное, потому что связано с мировосприятием отдельного писателя и его манерой общения с читателем, то есть с художественным миром поэта. Понятие поэтической нормы – индивидуально, и сколько поэтов, столько и поэтических норм.

Библиографический список

1.    Винокур Г. О. Филологические исследования: Лингвистика и поэтика / Вступ. ст. и комментарии М. И. Шапира. М.: Наука, 1990. 452 с.

2.    Виноградов В. В. Стилистика. Теория поэтической речи. Поэтика. М.: Изд-во Академии наук СССР, 1963. 256 с.

3.    Григорьев В. П. Поэтика слова. М.: Наука, 1979.

4.    Жирмунский В. М. Избранные труды. Теория литературы. Поэтика. Стилистика. Л.: Наука, Ленингр. отд., 1977. 407 с.

5.    Лотман Ю. М. Структура художественного текста // Лотман Ю. М. Об искусстве. СПб.: Искусство – СПБ, 1998. С. 14–285.