+7 (831) 262-10-70

+7 (831) 280-82-09

+7 (831) 280-82-93

+7 (495) 545-46-62

НИЖНИЙ НОВГОРОД, УЛ. Б. ПОКРОВСКАЯ, 42Б

ПН–ПТ 09:00–18:00

Характерные черты немецких диалектов и их взаимосвязь с современным немецким языком

Характерные черты немецких диалектов и их взаимосвязь с современным немецким языком

Стрельцова Анна Дмитриевна — Студент, Арзамасский филиал Нижегородского государственного университета им. Н.И. Лобачевского, Арзамас, Россия

Статья подготовлена для публикации в сборнике «Актуальные вопросы переводоведения и практики перевода».

Существенные территориальные различия во фразеологии, лексике, фонетике и в какой-то степени грамматике наряду с диалектами и разговорным языком создают особенные свойства и характеристики немецкого языка. Понятие «диалект» имеет глубокие исторические корни, уровень устойчивости диалектов в разных странах связан непосредственно с историческими условиями. В Германии, например, из-за существовавшей достаточно долгое время раздробленности диалекты сохраняли важнейшую роль значительно дольше, чем во многих других языках. Вытеснение диалектов во времена формирования письменного языка шло медленно [3, c. 506]. В процессе переплетения в единый язык и развития общенациональной языковой нормы значительная часть диалектных явлений, в частности в области лексики, вошла в национальный язык. Грамматические, словарные и фонетические свойства местных диалектов являются довольно устойчивыми на протяжении всей истории развития общенационального языка.

Языковеды выделяют три периода в развитии немецкого языка: древний, средний и новый. Главным признаком в древний период был консонантизм среди существовавших в то время нижне-франкских, нижненемецких и верхненемецких диалектов. Консонантизм имеет особенный характер благодаря такому явлению, как второе передвижение взрывных согласных. Главным образом, это затронуло передвижение глухих звуков [t], [p], [k]. В середине слова между гласными в верхненемецких диалектах они образовали удвоенные спиранты [t > ss, p > ff, k > hh]. Начальный звук [р] превратился в [pf] в определенных центральных и южнонемецких диалектах. Поскольку эти диалекты являются основой литературного языка, в современном немецком языке во многих источниках можно заметить [pf] вместо прагерманского [p] (гот. pund, новогерманское pfund, латинское papa, новогерманское pfaffe). При этом переход [k] в [kh] прослеживается исключительно в южных диалектах и отражается в речи по сей день [1, с. 163].

Передвижение среди звонких согласных коснулось только общегерманского [d], на месте которого в немногих диалектах, а именно в восточнофранкских и южных, образовался звук [t], затем перешедший в литературный немецкий язык: агск. – dag, гот. – dags, нем. – tag. Границы между верхненемецкими и нижненемецкими диалектами считались достаточно очерченными и строгими. Граница между средненемецким (центральная Германия) и верхненемецким наречиями (Швейцария, южная Германия, Австрия) не была проведена так четко, как между диалектами, упомянутыми выше.

Говоря об орфографических нормах, следует отметить, что в древний период, а именно с VIII по XI вв., окончательно завершился процесс редукции безударных и конечных слогов, т. е. полные гласные данных слогов некоего неопределенного гласного [ə], который обозначался на письме буквой «е». Вследствие этого различие основ на «а» и «г» в склонении имен существительных сгладилось. Но в тоже время в южнонемецких диалектах, а именно в алеманнском, полные гласные существовали значительно дольше, чем в остальных наречиях. Орфографические традиции в некоторых диалектов развивались еще медленнее.

Древнейшими памятниками немецкого языка считались словари, которые называли глоссарии, достаточно длительное время они переписывались в соответствии с теми или иными диалектами.

В средний период истории в большей степени значительно отличались друг от друга средненемецкие и верхненемецкие тексты, которые содержали множество характерных диалектных черт. В средненемецком и баварском наречиях образуются новые дифтонги [еi], [au] и [еu], дифтонги [оu], [uе], [еu] переходят в простые долгие гласные. Практически все краткие главные удлиняются в открытых слогах: nehmen, geben, sagen, fahren.

В XIV–XV вв. особую значимость обретают проповеди. В XIV в. немецкий, заменив латынь, становится языком дипломатических и канцелярских отношений. Официальные бумаги XIV в. представляют собой богатый источник для диалектологии данного периода.

Образ жизни странствующих поэтов и рыцарей того времени, потребность выступать с собственными сочинениями и произведениями при дворах по всей Германии привела к тому, что писатели и поэты начали избегать использования диалектных оборотов и форм. Единым язык рыцарской поэзии оставался только в лексическом отношении, но в морфологии и фонетике единообразия не наблюдалось. Официальные документы представляли собой контрастную смесь различных немецких диалектов в зависимости от происхождения писцов. Однако, например, язык императорской канцелярии Карла IV, которая находилась в Праге, представлял собой смесь верхненемецких и средненемецких форм и сохранился таким же, когда верховная власть отошла к Габсбургам и канцелярия была переведена в Вену. Данных принципов придерживались и прочие канцелярии, однако в частных посланиях употреблялись диалекты. В дальнейшем было изобретено книгопечатание, оно явилось одним из важнейших факторов формирования немецкого литературного языка.

Как говорят историки, в XVI в. основными видами диалектных языков были: верхнерейнский, баварско-швабский, среднерейнский, нюрнбергский, среднефранкский саксонский. Являясь реформатором, даже Мартин Лютер в фонетике и орфографии придерживался общепринятых норм, которые были разработаны саксонской канцелярией. В то время, когда был переведен Новый Завет, орфография в нем уже была преобразована в соответствии c характеристикам фонетики алеманнского наречия, а дифтонги были заменены простыми гласными. Для католической Германии, напротив, образцовым языком еще длительное время являлся имперский язык канцелярии с его изобилием южно-германских форм.

В XVII и XVIII веках на образцовый язык влияли саксонский и франкфуртский диалекты. Но при этом в некоторых случаях поэты в стихах и драмах высказывались на родном языке, опираясь на наречие той области, где они родились и выросли. Литературному языку приходилось сложно, долгое время он не мог взять главенство на большой территории юга Германии.

В период нового времени единство было достигнуто лишь в правописании и морфологии. В лексике разговорной речи и в письменном литературном языке на Севере и Юге, Востоке и Западе наблюдались существенные различия. Данные различия в языке отдельных областей Германии проявляются до сегодняшнего дня при обозначения различных предметов из повседневного обихода, ремесел и орудий труда, названий блюд и многого другого. Так, если мы посмотрим на слово «столяр», то на севере и юге Германии это два совершенно различных слова: Tischler на севере и Schreiner на юге. «Мясник» в Северной Германии – Fleischer, в Южной – Metzger Если мы попытаемся сравнить два однотипных по содержанию меню в берлинском и венском ресторанах, то можем прийти к выводу, что они написаны на совершенно разных языках. Кельнский собор – der Kölner Dom, страсбургский – das Strasburger Münster. Слово gehen в районе Лейпцига заменяют словами duseln, latschen, schlumpen, zotteln, а слово reden – словами bapeln, labern. Если берлинец услышит слово Affe, он соотнесет его с фразеологизмами и устойчивыми сочетаниями, которых существует большое количество: lackierter Affe, Affenhitze, ik denke, der Affe laust mir.

В разговоре различия в диалектах заметны еще больше, так как имеет место разное акцентирование и артикулирование слов. Это касается и литературного языка. Еще Гете, когда руководил театром, замечал, что актеры из разных районов Германии произносят слова по-разному. При произношении они не отличали звуки [b] от [p], а [d] от [t], так как для них они не являлись разными. Также несовершенна и орфография, выступающая в качестве регулятива. Как пример можно рассматривать превращение в ходе истории кратких гласных в открытых слогах в долгие. Поэтому при склонении существительных количество коренных гласных в зависимости от падежа может различаться. Так, на севере Германии склонение строится так: das Răd – des Rādes, das Glăs – das Glāses, а на юге долгота гласного слога присутствует и в именительном падеже несмотря на то, что слог открыт: Rād – Rādes, Glās – Glāses.

Орфография в Германии более консервативна, чем живая речь. Несмотря на реформирование, в ней сохранились некоторые особенности произношения, которые уже давно исчезли из живой речи. Новонемецкий язык все [s] перед звуками [r], [l], [p], [t], [w] изменил на [š]. Так, в ср.-верхненемецком – snidan, в ново-верхненемецком – schneiden, в ср.-верхненемецком – swimmen, в нововерхненемецком – schwimmen. При написании же звук [š], который обычно обозначают тремя буквами sch, перед звуками [t] и [р] все же обозначают через букву s. Такого изменения букв sš не произошло в нижненемецких наречиях, жители северной Германии и сегодня говорит slagen, swimmen.

Начиная с XVIII века диалекты главенствовали как в разговорной речи, так и в частной переписке. Это сохранилось и до сегодняшнего дня и доказывается двуязычностью почти каждого немца. В Швейцарии также существует два языка – общенемецкий, который является господствующим и употребляется официальными учреждениями, прессой, литераторами, церковью и школой, и алеманнский диалект, который служит для повседневной речи – в семье и для общения с друзьями. Такая ситуация существовала в Германии весь XVIII век, а на севере страны и в XIX веке [3, c. 307]. Спустя более трех столетий ситуация не изменилась – на разных территориях Германии мы можем встретить разные диалекты. Можно выделить ряд посредствующих звеньев, которые ведут от определенного диалекта к языку литературы [2, c. 746]. Одним из таких звеньев являются диалекты различных городов, в которых произошло устранение наиболее ярких фонетических, грамматических и лексических признаков, но сохранились ряд особенностей. В качестве примера можно привести берлинский диалект. Его основу составляет нижненемецкий диалект, но из-за быстрого роста Берлина как столицы, где возрастало влияние школ, прессы, военной службы, он становился все ближе к литературному языку. Из нижненемецкого диалекта в нем остались лишь артикуляция и ряд отдельных слов и идиом. Исходя из этого можно объяснить тот факт, что современные жители Берлина при разговоре могут путать формы дательного и винительного падежей личных местоимений. Они могут произнести mir вместо mich и наоборот. Объяснить это можно тем, что в первоначальном берлинском наречии, как и во всех нижненемецких диалектах, употреблялась только единая форма дательного и винительного падежей – mir. В средней и южной Германии разницы в народном наречии и литературном языке практически не существует. Это связано с тем, что литературная речь появилась из средненемецкой и нижненемецкой. В Швейцарии и северной Германии изучение литературного языка происходило как изучение почти чужого языка, поэтом говорят там на нем более грамотно, придерживаясь правил.

В основе общенемецкого литературного языка лежит синтез разных диалектов, в результате которого существуют региональные лексико-семантические дублеты или локальные синонимы, которые стали самостоятельными словами. Например, современный немецкий язык содержит разные по семантике слова drucken – «печатать типографски» и druecken – «давить, оказывать давление». Они оба появились из одного слова, но в разных диалектах – верхненем. drucken и средненем. druecken. В других случаях этимологические дублеты могут развиться в идеографические синонимы. Они будут близки по лексическому и стилистическому значению, но будет различаться по сочетаемости. Такими словами являются sanft и sacht. На них можно найти указание в учебнике лексикологии К. А. Левковской [1, с. 276].

М. Д. Степанова и И. И. Чернышева выделяют три группы территориальных дублетов:

-   территориально ограниченные – Bub, Samstag;

-   территориально предпочтительные варианты – AbendbrotAbendessen;

-   варианты, которые являлись когда-то территориальными и смогли войти в общенемецкий литературный язык, но имеют различия в семантике и стилистике – Kissen, Poister, Mūtze, Kappe [5, с. 68].

Отличий в употреблении слов из первой и второй групп современный немецкий язык уже не наблюдает. Это связано с тем, что язык является живым, вечно развивается и движется.

Таким образом, диалекты – составная часть национального языка и национальной культуры. Они являются показателями истории определенной местности и, как сказал Гете, элементами, из которых душа может черпать дыхание, хотя и произошло их приспособление к общим нормам языка [4, c. 131].

Развитие цивилизации, в свою очередь, вводит в диалекты все новые слова, которые обозначают понятия культуры, политики, науки и техники. Таким образом, общенациональный язык все большее влияет на территориальные диалекты.

Библиографический список

1.         Гроссе Р. Диалекты и письменный язык на территории Верхней Саксонии // Вопросы германского языкознания. 1961.

2.         Домашнев А. И., Копчук Л. Т. Особенности диалектно-литературного взаимодействия в национальных вариантах немецкого языка // Лексика и лексикография. 2000.

3.         Жирмунский В. М. Немецкая диалектология. M. – Л.: АН СССР, 1956. 636 с.

4.         Левковская К. А. Лексикология современного немецкого языка. М., 1961. 261 с.

5.         Степанова М. Д., Чернышева И. И. Лексикология современного немецкого языка. 2003. 244 с.