Образ Лазаря в произведениях Афанасия Великого, переведенных с греческого языка
Надежкин Алексей Михайлович — канд. филол. наук, независимый исследователь, Москва, Россия
Афанасий Великий — один из греческих Отцов Церкви, принадлежавший к Александрийской школе патристики, архиепископ Александрийский, преемник епископа Александра. Известен как один из наиболее энергичных противников арианства. К 350 г. он остался единственным епископом неарианского толка в восточной части Римской империи. Св. Афанасий оказался в центре арианских споров, для разрешения которых принципиально важной оказалась экзегеза XI главы от Иоанна, исходя из понимания которой решался вопрос о Божественной и человеческой природе Христа.
Философские и богословские произведения Афанасия Великого [1–3] являются величайшими образцами переводной византийской литературы. В русских списках сохранились древнейшие славянские переводы работ Афанасия Великого. Изборник 1076 г. включает так называемые «Афанасьевы ответы» («Ответы Афанасия на вопросы князя Антиоха»), являющиеся компиляцией фрагментов сочинений Афанасия Великого и других авторов и получившее широчайшее распространение в славянской средневековой традиции. Четыре слова (то есть проповеди) Афанасия Великого против ариан были переведены в 907 г. Константином, епископом Преславским. В Новгороде по инициативе епископа Геннадия в связи с распространением ереси жидовствующих тиражировался сборник, содержавший четыре слова против ариан и «Слово на Пасху». В древней славянской и особенно русской письменности получила широкое распространение Толковая Псалтирь, известная как Псалтирь с толкованиями Афанасия Великого (на самом деле — Исихия Иерусалимского). Древнейшие списки датируются XI в.: старославянская Синайская Псалтирь, русские Бычковская, Евгеньевская и Толстовская Псалтири.
Проблемой данной статьи является осмысление образа Лазаря в проповедях Афанасия Великого. К теме воскрешения Лазаря Афанасий Великий обращался в так называемом «Свитке антиохийцам» и «Третьем слове против ариан».
В «Свитке антиохийцам» Афанасий Великий говорит, что само «Слово стало плотью» (Ин. 1:14), и, будучи образом Божьим, принял образ раба (Флп. 2:6-7) и от Марии по плоти сделался человеком ради нас, и так род человеческий, в Нем совершенно и всецело освобождаемый от греха и оживотворяемый из мертвых, вводится в царство небесное.
Св. Афанасий говорит о единстве личности Иисуса Христа:
Они исповедывали также, что «не иной был Сын Божий, сущий прежде Авраама, а иной — сущий после Авраама; не иной был воскресивший Лазаря, а иной вопрошавший о нем; но Один и Тот же по человеческой природе сказал: «Где положен Лазарь?», — а по Божеству воскрешает его. Таким образом, из сего уразумевая и все рассказываемое в Евангелии, они утверждали, что одинаково рассуждают о воплощении и вочеловечении Слова [3, с. 165–175].
В антиарианском споре для св. Афанасия было чрезвычайно важно толкование воскрешения Лазаря, в котором он видел действие Божественной и действие человеческой природы:
Лазаря как человек воззвал человеческим гласом, а как Бог воскресил Лазаря из мертвых. Все же так делалось и показывало, что не мечтанием, но действительно имел тело. И Господу, облекшемуся в плоть человеческую, прилично было облечься в совершенную плоть со всеми свойственными ей страданиями, чтобы как тело именуется собственным Его телом, так и телесные страдания именовались Его только собственными, хотя и не касались Божества Его. Если бы тело принадлежало иному, то и страдания именовались бы страданиями сего иного. А если это плоть Слова, то необходимо и страданиям плоти именоваться страданиями Того, чья плоть. А Кому приписываются страдания, Того и составляют они заслугу и благодать [1, с. 409].
В данном толковании св. Афанасий обличает ереси, которые отрицают воплощение Бога-Слова [1, с. 409]. О единстве личности Иисуса Христа автор говорит:
Так, Христос алчет и жаждет «за нас плотью», именует Себя «не знающим», Его оскорбляют и Он утруждается «за нас плотью» и еще возносится на крест (Иоан. 12:32), рождается, возрастает плотью, страшится, скрывается «плотью», говорит: «Аще возможно есть, да мимо идет от Мене чаша сия» (Матф. 26:39), терпит побивание, приемлет раны «плотью», и вообще все подобное этому принимает на Себя «за нас плотью». Посему и сам Апостол сказал: «Итак, как Христос пострадал за нас плотию», не Божеством, но «за нас плотию», чтобы разумеемы были страдания, не Самому Слову по естеству свойственные, но свойственные по естеству самой плоти. Потому никто да не соблазняется тем, что в Господе есть человеческое, а напротив того, да знает, что Само Слово по естеству бесстрастно, и однако же по причине плоти, в которую облеклось Оно, говорится о Нем это, потому что свойственно это плоти, а тело стало собственным телом Спасителя» [1, с. 411–412].
Св. Афанасий пишет, что Иисус Христос обладает двумя природами: Божественной и человеческой, — необходимыми для спасения людей, потому что если Слово не приняло бы человеческой природы, но по Божеству бы воскресло, то люди бы так и остались бы жалкими и мертвыми, нимало не участвующими в дарованном Сыну:
Для чего же приходило Слово? Чтобы тело усовершенствовалось через Слово. А если Слово приходило искупить род человеческий и чтобы людей освятить и обожить, «Слово плоть бысть» (ибо для сего и стало Оно плотью), то кому уже не явно, что если именует Себя приявшим что-либо, когда стало плотью, то именует относительно не к Себе, но к плоти? Во плоти был Именующий Себя приявшим, плоти и дарования были даны чрез Него Отцом.
Святой Афанасий Великий уделял значительное внимание вопросу о Божественной и человеческой природах Христа, равно как и св. Евстафий или прп. Ефрем Сирин, и в этом смысле он исследовал Евангелие, повествующее о воскрешении Лазаря. В своей полемике с арианами св. Афанасий старался показать, что если Слово не приняло бы человеческой природы, но по Божеству бы воскресло, то люди бы так и остались бы жалкими и мертвыми, нимало не участвующими в дарованном Сыну.
В отличие от Ефрема Сирина [5] или св. Евстафия [4] св. Афанасий не оставил отдельных трактатов, посвященных толкованию воскрешения Лазаря, в этом он скорее подобен святителю Иринею Лионскому, толкующему только актуальные для него стихи. Для Афанасия Великого важно было объяснить, почему воплотившийся Бог претерпевал страдания, свойственные человеку. XI глава Евангелия от Иоанна, таким образом, оказывалась для него чрезвычайно значима, потому что именно в ней Христос «скорбит и возмущается духом», плачет, то есть претерпевает страдания.
Св. Афанасий поднимает вопрос о соотнесении всесильности Бога-Слова и страданий, которые претерпевает Иисус Христос в течение всей своей земной жизни. На это святой Афанасий возражает, говоря, что «подобные речи могут позволить себе только фарисеи, которые недоумевают, зачем Слово стало плотью? Или присовокупить еще: как Ему, будучи Богом, можно было сделаться человеком? Или: как Бесплотный мог понести на Себе тело?». Более того, размышляя, св. Афанасий приходит к интереснейшему заключению, говоря, что если бы Слово «явилось только в человеке», то в этом не было бы ничего удивительного, так как для иудеев было обычно, что «было Слово Господне к каждому пророку». И потому что «теперь Само Божие Слово, «Имже вся быша», снизошло до того, что сделалось и сыном человеческим, и смирило Себя, «зрак раба приим», то посему иудеям крест Христов есть соблазн, нам же «Христос, Божия сила и Божия Премудрость» (1 Кор. 1:24). Иисус Христос отличается от пророков, которые ранее приходили в землю Израильскую, тем, что когда в древности к каждому из святых бывало Слово и освящало приемлющих Его искренно, но когда рождались они, не говорилось, что Слово соделалось человеком, и когда страдали, также не говорилось, что Слово пострадало. Когда же от Марии пришел «единою в кончину веков, во отметание греха» (Евр. 9:26) [1, с. 408]. В антиарианском споре для св. Афанасия было чрезвычайно важно толкование воскрешения Лазаря, в котором он видел действие Божественной и действие человеческой природы [1, с. 409].
Также св. Афанасий пишет, что не может быть оставлен Отцом всегда сущий в Отце, как прежде, нежели изрек это, так и по произнесении этих слов. Но непозволительно опять сказать, будто бы убоялся Господь, Которого убоявшись, «вратницы… адовы» дали свободу содержимым в аду, «и гробы отверзошася: и многа телеса… святых восташа… и явишася своим» (Матф. 27:52–53).
Св. Афанасий укоряет ариан за то, что они возмущаются словами «возмутился» и «плакал» в рассказе о Лазаре, потому что это выдает в них таких людей, которым чужды человеческие проявления чувств. Святой пишет, что надлежало бы более удивляться, что Слово было во плоти, подверженной страданиям, и не воспрепятствовало этому страданию, покарав злоумышленников, «хотя и мог это сделать Тот, Кто других удерживал от смерти и умерших воскрешал из мертвых. Напротив того, Слово попустило пострадать собственному Своему телу. Для того, как говорил я прежде, и пришло Оно, дабы пострадать плотью и плоть сделать наконец бесстрастною и бессмертною, дабы, как неоднократно говорили мы, чрез страдания и все бывшее, поскольку относилось это и к Самому Слову, сделать, чтобы более уже не касалось это людей, но совершенно уничтожилось Им, и люди как храм Слова пребывали уже нетленными во век» [1, с. 440].
Итак, Афанасий Великий оказался в центре арианских споров, для разрешения которых принципиально важной оказалась экзегеза XI главы от Иоанна, исходя из понимания которой решался вопрос о Божественной и человеческой природах Христа. Афанасий Великий упоминает о Лазаре, говоря, что он умер от болезни, а Христос «не невольно, но Сам исшел на домостроительство Церкви», сравнивая прообраз воскресения в Лазаре и Жертву Христову. Св. Афанасий Великий уделял значительное внимание вопросу о Божественной и человеческой природах Христа, равно как и св. Евстафий или прп. Ефрем Сирин, и в этом смысле он исследовал Евангелие, повествующее о воскрешении Лазаря.
Список источников
1. Афанасий Великий. Творения иже во святых отца нашего Афанасия Великого, архиепископа Александрийского. ТСЛ, 1902. Т. 2. 494 с.
2. Афанасий Великий. Творения иже во святых отца нашего Афанасия Великого, архиепископа Александрийского. ТСЛ, 1903. Т. 3. 524 с.
3. Афанасий Великий. Творения иже во святых отца нашего Афанасия Великого, архиепископа Александрийского. ТСЛ, 1903. Т. 4. 479 с.
4. Евстафий Антиохийский. Слово Святого Отца нашего и исповедника Евстафия епископа Антиохийского на вечерю Лазаря и на Марию и Марфу, сестер его // Богословский вестник. М.: Московская духовная академия, 1908. Т. 2. С. 1–14.
5. Ефрем Сирин. Святой Ефрем Сирин. Творения. М.: Отчий дом, 1995. Т. 8. 354 с.